Я хочу, чтобы он ушел сейчас, потому что я чувствую, как рушатся мои стены, и если я впущу его внутрь, он просто уничтожит меня, как сказал при нашей первой встрече.
Он будет бурей, которая оставит после себя только хаос.
Я бы предпочла терпеть издевательства, чем отдаться ему.
– Нет.
Я таращусь на него.
– Нет?
– Если ты раздвинешь ноги, я не оставлю тебя в покое. Мне нравится владеть твоим телом, но это не единственное, что меня интересует.
– Тогда чего еще ты хочешь?
Его голос понижается до навязчивого шепота.
– Каждую. Гребаную. Часть. Тебя.
Мой рот приоткрывается, но слова не выходят.
Ронан спасает меня, когда врезается в спину Эйдена. Последний остается на месте, пока ухмыляющийся Ронан обводит рукой его плечо.
– Эй, Кинг! Пора обедать.
Эйден бросает на него сердитый взгляд, но его голос спокоен.
– Ты в списке смертников еще со вчерашнего дня.
– Упс, я не вовремя? – Его пытливый взгляд перебегает с меня на Эйдена.
Последний продолжает пристально смотреть на него.
– Проваливай.
– Я ранен, приятель. – Он массирует свою грудь. – Подобные слова вызывают у меня проблемы с чувством ненужности.
Мои глаза расширяются, когда я сглатываю.
– У тебя проблемы с чувством ненужности?
Он кивает, глядя на Эйдена из-под опущенных ресниц.
– И он продолжает напоминать мне о них. Connard[11].
– Эй! – Я толкаю Эйдена локтем. – Это может оставить на нем шрам.
Он наблюдает за мной с удивлением, как будто наслаждается шоу.
– Я уже прохожу курс терапии, – продолжает Ронан.
– Заткнись нахрен, или единственная терапия, которую ты пройдешь, – это лечение сломанного носа.
– Только не нос, Кинг. – Ронан прячет его ладонью. – Это дерьмо слишком аристократично.
– Не будет, когда я его сломаю.
– Подожди. – Я смотрю на них с ошарашенным выражением лица. – Ты пошутил?
– Ты выглядела чертовски очаровательно. – Улыбается Эйден.
– Э-э… минутку. – Ронан смотрит на Эйдена так, словно у него выросла дополнительная голова. – Ты только что сказал «очаровательно»?
Бесстрастное лицо Эйдена возвращается.
– Нет, нет, нет… Не закрывайся. Давай, Кинг. – Он достает свой телефон. – Скажи еще раз, мне нужно заснять это на камеру.
Эйден смотрит в камеру Ронана и раскрывает рот.
– Пошел. Ты. На…
Ронан обрывает его, засовывая телефон в карман. Затем он наклоняется и шепчет:
– Я дам тебе сотню, если ты запишешь, как он говорит подобную чушь.
– Что?
– Пять сотен.
Я продолжаю смотреть на него, слишком потрясенная, чтобы что-либо сказать.
