– Я не могу остановить свои фантазии, сладкая, – он обхватывает своей рукой мою, что лежит на его сердце – его черном, очень черном сердце. – Но я не расскажу тебе об остальных, знаешь почему?
Я один раз качаю головой.
Он отдергивает мою руку от своей груди, словно я обжигаю его.
– Потому что ты не готова к этому. Но вот что я тебе скажу… – Он наклоняется, чтобы сипло прошептать: – Ты вкуснее, чем любая гребаная фантазия.
Глава 15
Проходит несколько дней.
Неважно, как сильно я хочу, чтобы все вернулось на круги своя, этого не происходит.
С того дня в кафе Эйден не переставал писать мне каждый вечер и каждое утро.
Первые сообщения пришли в тот же день, когда я смотрела «Нат Гео» с дядей Джексоном.
Эйден: Что у тебя на ужин?
Эйден: У нас была паста, но ты – единственное, что я попробовал сегодня на вкус. Я не могу перестать думать о моих пальцах внутри тебя, о твоих стонах. Жаль, что у меня не получилось как следует распробовать тебя и засунуть язык в твою тугую киску.
Эйден: В следующий раз я это исправлю, сладкая.
У меня едва хватило голоса, чтобы пробормотать «спокойной ночи» дяде и убежать в свою комнату.
Он отправлял подобные грубые сообщения каждый вечер, а иногда и по утрам.
Я несколько раз назвала его психом. А еще безумным. Но это только усилило его религиозное отношение к его сообщениям.
Придурок.
Мы с Ким обедаем в саду за домом. Перед нами стоит салат, и мы смотрим на высокие сосны вдалеке, пока она рассказывает о своей последней просмотренной корейской мыльной опере в мельчайших подробностях.
– Ты заметила кое-что странное? – спрашиваю я, когда она заканчивает свой пересказ.
– Например? – Она жует огурец.
– Например, тебя больше никто не обзывает. Даже Адам, самый большой хулиган из всех хулиганов, прошел мимо тебя этим утром, не сказав ни слова.
Она улыбается, ее мятного цвета волосы развеваются на ветру.
– Мой новый образ шокирует их до чертиков."
"Как бы мне ни нравилась ее новая уверенность в себе, я не думаю, что это так. Ее новый внешний вид не помешал Сильвер и ее ручным болонкам издеваться над ней в начале учебного года.
– Тебе не кажется странным, что все изменилось с тех пор, как Эйден утешил тебя перед всей школой?
Если их король проявил к ней интерес, они подпишут себе смертный приговор, если побеспокоят ее.
Это Эйден. Те, кто на его стороне, живут на Небесах, но остальные гниют в Аду.
– Ну да. – Выражение ее лица меняется на что-то нечитаемое, прежде чем она поднимает брови.
