Исповедь на краю

Вот так. Ты лежишь, как баран, связанный, а я сверху. Хочешь?

– Последний раз говорю, развяжи! Мне не нужны твои игры, идиотка.

– Не зарекайся. Сейчас понравится, папик.

– Да что ты заладила: папик, папик.

– Ох, не любишь. Ты ж у нас молодой плейбой. Ничего. Сейчас тебе станет интересней.

Сандра взяла со стола какую-то бумажку и поднесла к глазам Олега. Он присмотрелся и похолодел от ужаса. В ее руках был кусок его украденного свидетельства о браке.

– Что это?

– Ты видишь что. Вот твоя фамилия, а вот мамашки нашей.

Верунчика. – Сандра стала с силой мять бумагу. – В туалет надо положить, а то там бумага кончилась.

– Сандра, объясни, я прошу тебя. Где ты это взяла?

– Где лежало, там и взяла.

– Сандра! Этого не может быть. Неужели ты?

– Что я? Девчонку твою прикончила? Хорошо попроси – может, и скажу.

– Умоляю тебя, – прохрипел Олег.

– Ну я. А что такого? Что, сестры поссориться не могут?

– Ты больная. Какие сестры?

– А вот такие. – Сандра ткнула ему в лицо другой документ. Это было свидетельство о рождении Ирины Федоровой, дочери Веры Козловой и Олега Федорова, выданное в александровском загсе.

– Ирина?

– Ну, извини. Сандры в «гареме» не рождаются.

Олег смотрел на искривленные в ухмылке ярко-красные губы и понимал, что это гримаса идиотки. В нем рождалось бешеное желание стереть эту гримасу, смять проклятое лицо.

– Чего ты хочешь, сумасшедшая тварь?

– А ты не знаешь? Любви, папочка. Любви и ласки.

Олег с невероятным усилием рванулся. Спинки кровати затряслись, зашатались.

Он смог дотянуться зубами к веревке на одной руке. Краем глаза заметил, что Сандра метнулась в кухню, вернулась с ножом. Олег откинулся на подушку, прикрыв глаза, как будто обессилев. Сандра осторожно приблизилась. Ему удалось схватить рукой, привязанной к расшатанной спинке, ее запястье. Веревка треснула. Олег подтянул Сандру к себе, придержал привязанной рукой, а освободившейся нанес страшный удар кулаком в лицо. Потом еще и еще. Ее лицо залило кровью, она захлебнулась, закашлялась. Попыталась достать его ногой, но не получилось. И тут кровать развалилась. Олег оказался на полу. Он отпустил Сандру, пытаясь освободиться от веревок и обломков кровати. Острый металлический каблук вонзился ему между ребер. Закричав от острой боли, Олег попытался отвернуться, закрыть грудь, живот, спрятать лицо. Но удары каблуками сыпались на него, как автоматная очередь. Когда Сандра упала, поскользнувшись на крови, Олег не шевельнулся.