Онлайн-библиотека книг
Слышишь, как посапывает?
– Но чья она? Где ее родители?
– Милиция проверяет, есть ли заявления о пропаже подобного ребенка, – погрустнел он. – Но мне сказали: вполне может быть, что от девочки избавились. Так бывает.
– Ну и что?
– Лида, это знак. Чудо! Я ушел сегодня, чтобы… Чтобы все закончилось. И вдруг дитя! Диво! Я думаю, кто-то послал нам спасение. Посмотри, какая она красивая. Она похожа на тебя.
– Я не такая красивая, – улыбнулась Лида, несмотря на то, что подбородок у нее дрожал. – Я все поняла утром.
– А мы все равно будем где-то рядом. Понимаешь, трехмесячные дети не ходят погулять по лесу. Их или бросают, или забывают, или дают возможность украсть их негодяям.
– Ну, ты уже все решил, ты отказал матери в понимании. Что ж ты с ней сделаешь, если она найдется? Пойми: мы этому ребенку – никто.
– Я все понимаю. Просто не хочу никому ее отдавать. Лида, я такое испытал, когда она шевелилась и кряхтела у меня на руках.
– Давай ждать, – придвинула к себе стул Лида.
Они ждали несколько дней. Лида уезжала на ночь домой, а Александр Сергеевич оставался в клинике. А потом ему позвонили и сказали, что о пропаже грудного младенца в последние три месяца никто не заявлял. Лида пришла в себя первой, уверенно подошла к кроватке, умело взяла на руки ребенка и прижала к себе движением собственницы.
– Как ее назовем? – спросила она у мужа.
– Алиса, – не задумываясь, ответил тот.
– Конечно, – засмеялась Лида впервые за последние годы.
* * *Утром Павел Иванович дал Сергею и Дине почитать протокол допроса Козловой. Факт убийства она отрицала. Рассказала многое. В основном страшные, циничные вещи. Участие в похищениях детей признала после того, как ее опознала Ольга из детской поликлиники, доверившая ей ребенка. Увидев фотографию Андрея Ильича, Ирина показала, что действовала по сговору с ним.
– Отвечает она, как нормальная. Подтверждает лишь то, что следствию уже известно. Никаких других имен, адресов, сведений не назвала, – отметил Сергей.
– Да, крепкий орешек. И все-таки мне кажется, что, когда Ирина хохочет и закатывает истерики, она не косит.
– А когда она впадает в истерику? – поинтересовалась Дина.
