Исповедь проститутки

Как ты себе это представляешь? Мы с Ксюшей сидим тут, как две наложницы в гареме, ничего не делаем целыми днями, ходим только по магазинам и бутикам, по салонам красоты и соляриям, чтобы выглядеть на «миллион долларов» и соответствовать вашему уровню, и ждём, пока наши султаны-хозяева вырвутся к нам, чтобы трахнуть и подкинуть деньжат. Конечно, я усложняю! Зато ты всё слишком упрощаешь.

– София, чего ты хочешь?

– Уже ничего, – ответила я. – Просто это не совсем то, чего я хотела и ждала от тебя, и вообще от жизни – быть чьей-то содержанкой на привязи.

Я нормальный живой человек. И мне нужны нормальные человеческие отношения. И, если тебе это настолько непонятно, что мне приходится всё объяснять, то не надо вообще ничего менять. Пусть всё остаётся, как было. Или вообще никак.

– София, я всё понимаю, – сказал Виктор серьёзно. – Но, прости, я не готов пока к тому, чтобы всё так радикально изменить в своей жизни. Я не готов дать тебе то, что ты просишь. Пока…

– Я прошу? – переспросила я. – Этого ещё не хватало.

Я ни о чём тебя не просила. Я всего лишь показала, что мне нужно!

– Не цепляйся к словам, Соня, – мягко сказал он, – не колись, как ёж. Ты поняла, о чём я. Ты действительно нужна мне, я не хочу тебя терять. Но пока всё будет так, как было. Или так, как я предложил.

– Пока? – спросила я. – До каких пор это «пока»? Пока я тебе не надоем? Пока ты не наиграешься мной и не найдёшь себе новую забаву? Ну уж нет. К такому варианту я не готова. Так что пускай, наверное, всё остаётся по-прежнему.

Я проститутка, и ты платишь мне за мои услуги.

– Жаль, – ответил он. – Я хотел, как лучше.

– Да куда уж лучше, – вздохнула я.

Мы замолчали и сидели в тишине, каждый думая о своём. Вскоре из спальни вышли Ксюша с Игорем, и около полудня мы с Ксюшей вернулись домой.

На душе тяжёлым камнем легли обида и разочарование. Наши с Витей отношения были окончательно испорчены. Конечно, рано или поздно, это всё равно случилось бы. Я понимала, что так долго продолжаться не может.

Всё и так зашло слишком далеко. Во всяком случае, для меня. А для Вити? А что Витя? Он, скорее всего, быстро забудет меня. Мой образ поблекнет в его памяти и растворится в общей череде подружек и стриптизёрш. И уже через месяц он даже не вспомнит моё лицо, а ещё через месяц – и имя. А что до его излияний по поводу того, что он не может без меня и не хочет меня терять, я думаю, всё это грубая игра и фарс, и не более. Просто я устраивала его в постели.