— Почему вы не сказали, что Леван Солагашвили приезжал к вам в офис уже после убийства Алексея Монахова?
— Вы сошли с ума? Что вы такое несете?
— Не хамите, юноша! — сурово произнес Дронго. — Я задал вам вопрос. Извольте на него отвечать.
— Идите вы к черту. Я не обязан перед вами отчитываться. Не смейте мне больше угрожать. Я все равно сам уйду из нашей конторы, когда сдам все дела Сергею Владиленовичу.
— Так вы встречались с Леваном Шалвовичем? — настойчиво спросил Дронго.
— Не помню, — зло выкрикнул Апрелев.
— Может, он и приезжал к нам в здание. Я не встречался с ним и не разговаривал. Здесь расположены сразу несколько инвестиционных компаний. Мало ли какая из них…
— Но ведь именно вы поручили водителю Славе отвезти Левана обратно.
— Уже успели узнать, — буркнул Дима. — Да, я поручил его отвезти, чтобы не иметь с ним никаких дел. Я не захотел договариваться с этим субъектом за спиной Монахова и отправил его обратно. Что в этом плохого? Я остался здесь, чтобы спасти компанию и сохранить наши деньги.
— Вы удивительно органично лжете, — строго произнес Дронго. — Сначала вы не могли вспомнить фамилию Солагашвили, потом подставляли Милу Левшову. Пять минут назад уверяли меня в том, что никогда не встречались с Леваном. Когда я уличил вас во лжи, вы сразу придумали новую версию. Вам самому не кажется, что такому фрукту, как вы, просто опасно доверять деньги компании? На месте Сергея Владиленовича я выгнал бы вас немедленно.
— Не смейте так говорить! — крикнул Апрелев.
Очевидно, именно последние слова эксперта напугали его более всех остальных.
— Повторю, что вы пытались подставить Левшову, — безжалостно продолжал Дронго. — Хотя прекрасно знали, что Солагашвили — близкий знакомый вашей тети.
— При чем тут моя тетя? Они познакомились без моего участия. А Мила тоже все время работала на Левана. Нашли святую! Она с ним ездила отдыхать куда-то в Скандинавию…
— В Финляндию, — перебил его Дронго.
— Откуда вы знаете?
— Мне об этом рассказал сам Солагашвили. В ответ он помог ей устроиться на новое место работы.
— Вот негодяй! — не выдержал Апрелев. — Он еще смеет об этом рассказывать. Ему даже не стыдно. В его возрасте цепляться к молодым женщинам!.. Какой мерзавец!
— «Нет того негодяя, который, поискав, не нашел бы негодяев в каком-нибудь отношении хуже себя и который поэтому не мог бы найти повода гордиться и быть довольным собой», — проговорил Дронго.
— Не понял, — удивился Дима.
— Это Лев Толстой. Цитата из «Крейцеровой сонаты».
