— Все время заглядывал в сейф. Я думаю, он хотел забрать оттуда деньги, но побоялся дотронуться до них при нас.
— Даже так?
— Мне показалось.
— Значит, в доме больше никого не было?
— Никого, — твердо ответил Слава.
— Когда вы приехали в дом в то утро?
— Примерно в десять.
— И никуда не выходили?
— Выходил дважды. Один раз меня послали за хлебом.
— В котором часу?"
"— Сразу после приезда. Здесь недалеко есть супермаркет. Туда я и поехал.
— А во второй раз?..
— Нужно было забрать газеты и журналы у Михаила, который приехал позже меня.
— Какие журналы и газеты?
— Он обычно забирал их с работы и привозил сюда для Тамары Георгиевны и Алексея Владиленовича. Хозяйка попросила меня принести их из машины, сказала, что просмотрит перед отъездом. Я так и сделал, положил на стол в коридоре, а потом про них все забыли.
— А почему Михаил сам не принес?
— Обычно их забирала сама Тамара Георгиевна. Михаил вообще в дом почти никогда не заходит.
— Почему?
Слава пожал плечами, взглянул на Александру Львовну.
— Старая школа, — пояснила она. — Он ведь с членами правительства работал. А там не особенно приветствовались фамильярные отношения. Водитель не должен входить в дом. Его обязанность — ждать на улице в машине. Вот Михаил там всегда и сидел.
— А Слава часто заходил? — уточнил Дронго.
— Конечно. Он ведь мне и по хозяйству помогал. Парень чаевничать любит, все время на кухне торчит.
Дронго взглянул на покрасневшего Славу и спросил:
— Вы никуда больше не ездили, не отлучались?
— Никуда.
Я потом до вечера здесь сидел. Приехала полиция, врачи, разные эксперты. Нас все время допрашивали и не отпускали. Хорошо еще, что Александра Львовна сумела покормить.
— Они все были голодные, — подтвердила кухарка. — Вот я и подумала, что нужно накормить.
— Как себя вели Левшова и Апрелев? — спросил Дронго у водителя.
— Левшова держалась достаточно спокойно. Я даже удивился. Мы все знали, что у нее были… — Он запнулся и не сразу подобрал нужные слова: — Да, очень хорошие отношения с Алексеем Владиленовичем.
Его убийство означало конец карьеры самой Милы. Но она не плакала, даже не особо переживала. Просто стояла и смотрела. А вот Дима сильно нервничал, даже не мог спокойно разговаривать со следователем. Ему два раза воду приносили, чтобы он успокоился.
— Получается какая-то глупая загадка, — задумчиво произнес Дронго. — Из пистолета кто-то сделал два выстрела. Баллистическая экспертиза подтвердила, что так оно и было.
