— Свободен, — экран конфиденциальности восстановили снова, после того как Марат ушел.
— Куинн, я буду в своем кабинете до конца дня. Если нас не атакуют, меня не беспокоить, пока я сам не дам знать.
— Да, сэр, — Уильям покинул мостик, чтобы узнать, о чем Кассандре нужно поговорить.
Он вошел в комнату и нашел Кассандру, сидящую за его столом. Выражение ее глаз сказало ему, что она обеспокоена.
— Что случилось?
— Почему у тебя книга на древнем шумерском?
— Что? — не понял он.
Она вручила ему книгу, которую держала на коленях.
— Кайл дал мне это почти восемь циклов назад, — Уильям повернул книгу в своих руках, — он нашел ее в архивах, которые скоро должны были уничтожить, знал, что я интересуюсь историей, и приобрел ее для меня. Это древний каринианский.
— Шумерский, — поправила она. — Это был первый письменный язык на Земле. Моя пятая докторская степень — по шумерскому. Это то, что я изучала, когда похитили Тори.
— Ты можешь прочитать это? — глаза Уильяма расширились.
— Да. Ты можешь? Знаешь, о чем там написано?
— Да. Это история о пропавшей принцессе из Дома Знаний.
— Перед взрывом ты пытался рассказать мне о Доме Знаний, о моем родимом пятне, о том, как ты думаешь, что оно значит. Это из-за этой книги, не так ли?
— Да.
— Расскажи мне, — она оставила кресло и подошла к картине заходящих солнц.
— Королевская семья Дома Знаний одарена интеллектом, но пропавшая принцесса была особенно одарена. У них сапфирово-голубые глаза и родимое пятно на внутренней стороне правой ноги чуть выше лодыжки.
— Прямо как мое родимое пятно?
— Нет. Родимые пятна всех правителей могут меняться до того, как они займут свой трон.
— В истории говорится о двух людях.
— Другой человек — третий сын царя Тибуса. Он исчез вместе с принцессой, — Кассандра отвернулась, увидев осуждение в глазах Уильяма.
— Ты осуждаешь его за то, что он ушел?"
"— Он убил своего брата, а потом сбежал.
Повернувшись к нему, она посмотрела прямо ему в глаза.
Стоит ли ей говорить ему? Поверит ли он ей?
— Кассандра, — Уильям уловил нерешимость в ее глазах. — Скажи мне, что бы это ни было.
Она знала, что он имеет право знать, поэтому начала.
— Когда я была без сознания, в темноте, прежде чем услышала тебя и увидела твой свет… Был другой свет, — она сделала глубокий вдох и продолжила. — В этом свете я видела всех своих предков. Всех женщин Квес, всех, кто был до меня, и я узнала их, Уильям.
