— Когда дело дойдет до Виктории, с ней всегда будет охрана. Они будут отчитываться непосредственно Марату.
— Нет. Они будут отчитываться Лукасу, — сказав это, она увидела удивление в глазах Лукаса. — Ты лично будешь отчитываться передо мной.
— Ты уверена, что это то, чего ты хочешь? — глаза Уильяма ничего не выражали. — У Лукаса не было такой подготовки по охране, как у Марата.
— Марат может быть ответственен за охрану, но все будут отчитываться через Лукаса относительно Виктории. За тобой, Лукас, будет последнее слово, — Кассандра наблюдала за сыном адмирала.
— У тебя могут возникнуть проблемы по поводу защиты Виктории?
— Нет. Никаких проблем. Вообще, — он понимал, какое доверие она ему оказала… какую ответственность возложила. Посмотрев на своего отца, он знал, что тот тоже это понял.
— Что там еще происходит?
— Это надо решить сейчас. Куинн, я скоро поднимусь на мостик.
— Да, адмирал, — когда встреча прекратилась, Кассандра повернулась, избегая прикосновений Уильяма, только чтобы быть остановленной Лукасом, когда она вошла в частную зону.
— Кассандра… спасибо, Марат хороший, очень хороший специалист, но…
— Ты должен быть там. Я понимаю это, Лукас, но не благодари меня, — увидев, что Уильям все еще разговаривал с Куинном, она продолжила. — Потому что, если все пойдет не так, — ты понимаешь, как и я, что это может произойти, — у тебя будет только один приоритет, — Лукас узнал ее взгляд, он видел его раньше, видел у адмирала, только на этот раз он исходил от королевы. Скоро будет отдан приказ.
— Ты вытащишь Викторию! Мне все равно как, я не хочу знать. Ты не беспокоишься ни о ком другом, это понятно? Если ты не можешь этого сделать, я найду того, кто сможет.
Лукас понимал, что она сказала ему, — он не должен беспокоиться о ней, его отце или еще о ком-то, только о Тори. Мысль о том, чтобы не помочь им, — немыслима, но мысль о том, чтобы не уберечь Викторию еще хуже. Иногда приходится принимать трудные решения, этому научил его отец.
— Я смогу это сделать, мне это не нравится, но я сделаю это, — она начала отворачиваться, но Лукас остановил ее.
— Он любит тебя, Кассандра, — глаза, которые встретились с его, пронзило вспышкой боли, прежде чем опустеть. — Никогда не сомневайся в этом.
— Я никогда не сомневалась, Лукас, что только усугубляет ситуацию.
* * *"
"Наконец, спасаясь, Кассандра погрузилась в ванную с головой, надеясь на некоторую частную жизнь. Ей просто нужно несколько минут наедине, подальше от Уильяма, его запаха, его прикосновений.
