Любой, кто видел его сейчас, не сомневался, что он был сыном адмирала. Войдя в медпункт, он не увидел Викторию, но заметил охранников, которые остановили его.
— Пропусти его, Паас, это Зафар.
Войдя в палату, он бросил взгляд на Викторию, и его сердце сжалось. Она была такой маленькой, лежа на кровати с аппаратами, подключенными к ней. Бледная с темными кругами под глазами и жутко неподвижная. Кассандра сидела в кресле по другую сторону кровати, положив руку ей на щеку, и тихо разговаривала с ней.
— Кассандра… — Лукас тихо подошел к кровати.
Все еще удерживая руку на щеке Виктории, она повернула взгляд, полный муки, к Лукасу.
— Тори, здесь Лукас, почему бы тебе не открыть глаза и не посмотреть? — Кассандра пыталась получить ответ от своей племянницы.
— Возьми ее за руку, Лукас. Она должна знать, что ты здесь.
Лукас нежно взял другую руку Виктории, такую маленькую по сравнению с его, и погладил большим пальцем сверху.
— Тори, я здесь, малышка. Давай, открывай глаза, — он не получил большего ответа, чем Кассандра на протяжении последних двух часов.
— Мы должны говорить с ней, удерживать ее с нами.
Вошел Блайант, чтобы проверить статистику Тори, он встретил взгляд Кассандры.
— Никаких изменений.
— Ладно.
— Что это значит? — потребовал Лукас.
— Ей не становится хуже, — сообщил ему доктор Блайант. Он бросил на Кассандру последний взгляд, а затем вышел из комнаты. Снаружи он увидел приближение адмирала.
— Не было никаких изменений, адмирал, не лучше, не хуже.
Теперь только время покажет."
"— Спасибо, Блайант, — войдя в палату, он увидел своего сына с одной стороны кровати, и Кассандру с другой. Не похоже, что бы она перемещалась с тех пор, как он ушел. Подойдя, он положил руку ей на плечо. Наклонив голову в сторону, она прижалась щекой к его руке.
— Тебе нужно сделать перерыв на отдых, Кассандра, — он провел большим пальцем по ее щеке.
— Нет. Я в порядке, — ее голос был тверд, когда она подняла голову. Зная, что она не собирается уходить, он притянул стул, садясь рядом с ней.
* * *Кассандра не замечала, как шло время, она полностью сконцентрировалась на племяннице. Она разговаривала с ней, почти ни разу не остановившись. Уильяму и Лукасу пришлось уходить пару раз, но они всегда возвращались. Она знала, что у обоих есть свои обязанности, но ее единственная — Виктория. Когда осталась одна в комнате, то поднялась со стула и забралась в кровать, чтобы подержать Викторию в руках.
