Но тут же, неожиданно резко оторвавшись от ласки, сжал щеки Леси ладонями и с каким-то бешеным напряжением посмотрел ей в глаза. Тяжелым, горячим, клеймящим взглядом.
- Но, ведь, все равно - моя. - Проговорил он ей в губы хриплым шепотом. - Сколько бы не спорила - моя. И я не отпущу. Не могу, Леся.
Она застыла под этим взглядом, этими словами, будто загипнотизированная.
Прозвучи в его тоне хоть капля насмешки или самолюбия, нотка торжества - Леся бы просто оттолкнула Влада, наверняка, пришла бы в себя.
Но в голосе Влада слышалась только страсть, потребность и, даже, какое-то благоговение, словно он и сам до конца не верил, что, несмотря ни на что, она так остро и чутко реагирует на каждое его прикосновение. Что, действительно ""его"", хоть и сама все время отрицает очевидное.
А потом, в одно мгновение, он снова обрушился на ее губы таким поцелуем, что Леся забыла обо всем - о времени, о прошлом и будущем, о своих мыслях и страхах, о том, насколько пьяным пришел Влад.
Она растворилась в его губах, в его касаниях, в дерзких, жадных и властных ласках его рта. Леся готова была позволить ему все...
Мелодия дверного звонка, уже дважды за утро нежданно врывающаяся в ее сознание, определенно, звучала отвратительно.
Недовольно застонав, она крепче сжала руки, которыми обнимала шею Влада и теснее прижалась к его коже, когда тот начал отстраняться.
Лесе совершенно не хотелось прерываться. Не сейчас, однозначно! Пусть там хоть пожар или потоп - ей все равно.
- Леся, - Влад ухмыльнулся, все же отодвигая ее от себя. - Пусти. Это Юра. И наш завтрак. - Наклонившись, он легко поцеловал уголок ее недовольно скривившихся губ. После чего медленно прошелся жарким взглядом по всему ее телу, отчего Лесю накрыло новой, удушливой и горячей волной возбуждения.
- Лучше, пожалуй, открою я. На мне отсутствие рубашки смотрится приличней. - Все с той же усмешкой подмигнул ей Влад.
И, оставив Лесю стоять на нетвердых ногах ища опору в стене за спиной, все же отправился открывать двери, еще пошатываясь.
А ей, внезапно, стало зябко и холодно без него. И, как-то страшно."
"Леся понимала, что именно делает и на что решается.
