Тебе же этого не понять!
- Думаешь? - медленно спросил Влад и наклонился еще ниже, почти соприкоснувшись с ней лбом.
Выражение его лица стало странным. И в эту минуту Леся не взялась бы утверждать - ставит ли он под вопрос способность Гены ее предать, или собственную способность понять то, о чем Леся говорит. Но осознала, что ее выматывает это противостояние и необходимость бороться с собой, с собственным телом и руками, которые, до боли в напряженных мышцах, стремились его обнять.
- Отпусти меня, Влад. И так, синяки будут.
- Вместо уточнения, устало потребовала она.
Пальцы, удерживающие ее руку, тут же разжались, напоследок погладив запястье, словно извинялись и пытались загладить резкость и грубость. Но его другая рука еще удерживала, ласкала ее лицо. Владислав все еще не позволил ей отступить.
- Он не стоит тебя. - Тихо проговорил Влад другим, ровным тоном, без всякой насмешки.
Но это задело Лесю сильнее любой иронии.
- А кто стоит?! Ты? С чего ты решил, что имеешь право оценивать и судить? Ты выкинул меня из своей жизни, как ненужную вещь! А сейчас взбеленился, неясно отчего, хотя год не вспоминал о моем существовании! - Ей стоило бы взять себя в руки, Леся понимала, но слова сами рвались.
- Что это?! Комплекс ""собаки на сене""? И самому не нужна, но и другому отдать жалко?!
Леся с силой сжала пальцы, настолько невыносимо захотелось его ударить. Она знала, что не нужна ему, и ей было мучительно больно от всего этого спектакля.
- Прекрати, Влад! Перестань строить из себя невесть кого! Ты не имеешь никакого права.
Он помрачнел и наклонился так низко, что она ощутила на своих губах его дыхание. На какую-то долю минуты Лесе показалось, что он сейчас возьмет и поцелует ее, в наказание.
- Ты -- не права, Леся, - вместо этого тихо произнес он, щекоча ее рот своими словами. - Совершенно неправа, в очень многом.
И ничего больше не добавив, Влад вдруг отступил и отвернулся к окну, оставив ее стоять посреди кабинета, растерянную и ничего не понимающую.
Не в силах что-либо понять, не осознавая для чего, вообще, было все то, что только что произошло -- она молчала смотрела ему в спину.
И не знала, как унять собственные смятенные чувства, которые тянули, рвали Лесю на части, грозя прорваться то ли истеричным криком, то ли слезами. Как же этот мужчина умел выводить ее из себя! Даже сейчас...
Ей нечего было здесь делать, у Леси имелась куча забот и дел, вечером ее ждал эфир и свидание с прекрасным человеком.
Резко развернувшись, она пошла к двери.
