Я же набралась наглости и попросила:
— А свой пульсар покажите? Такой, который без ограничений.
Честно? Вот даже толики уверенности в том, что он согласится, не было. Однако куратор кивнул, отступил и…
Он глаза не закрывал! Более того, смотрел на меня! И, слегка завороженная этим взглядом, я пропустила момент, когда в воздухе вспыхнула искра. Зато вспышку, после которой искра обратилась пульсаром, не заметить было невозможно.
Невозможно просто потому, что пульсар Эмиля фон Глуна был ярче солнца! И размером оказался почти как баскетбольный мяч, а может, и больше.
Невероятно! Да с таким пульсаром даже боевые заклинания не нужны, потому что вот этого «мячика» вполне достаточно, чтобы разнести любое препятствие на пути!
— Нравится? — ворвался в мои мысли голос Эмиля.
— Очень, — искренне выдохнула я.
А в ответ услышала совершенно нелогичное:
— Что у тебя под мантией?
— Э-э? — Я ошарашено вытаращилась на мужчину.
— Хотя без разницы, — продолжил Глун. И добил: — Снимай.
— Что снимать? — Нет, я не поняла!
— Мантию, разумеется, — невозмутимо ответили мне.
Потом окинули долгим, пристальным взглядом и добавили: — Полного обнажения для этого урока не требуется.
Слово «этого» Глун подчеркнул, и я невольно залилась краской. Ответом на мое смущение стала тонкая, едва уловимая улыбка. И все бы ничего, но черт возьми! Он препод, и с его стороны подобные шутки недопустимы. Особенно в свете тех «распрекрасных» снов, которые мучают меня едва ли ни с первого дня в академии!
Кстати, о «снах».
Все время нашего занятия я честно гнала прочь мысли и воспоминания. Зато теперь очень захотелось призвать гада синеглазого к ответу. Топнуть ногой и потребовать, чтобы он прекратил! Чтобы думал о ком-нибудь другом! А лучше вообще не думал!
Но я слишком хорошо понимала, что фантазии к делу не пришьешь. Да и тема настолько скользкая, что поднимать ее — себе дороже. Именно это осознание позволило мне притушить вспышку ярости. Да, именно притушить! Погасить полностью не удалось.
Стараясь не материться вслух, я подошла к скамейке и одним движением стянула с себя форменный алый балахон.
«Обнажаться» не боялась, потому что под балахоном в этот раз были джинсы и предельно скромная футболка — с длинными рукавами и без всяких декольте.
В какой-то миг стало неуютно — за джинсы мне уже влетало, от Каста, но с некоторых пор пижон стал относиться к цветам факультета Воды гораздо спокойнее. А в реакции и.о. декана я уверена не была."
"К счастью, обошлось.
