Испытание Уинтер

Рядом с Джемом стояла Уинтер, и хотя под глазами у неё залегли синяки, а из косы торчали листья, ран на ней не было. За её спиной стоял дядя Малкольм, скрестивший на груди исцарапанные руки; все ссадины казались поверхностными – среди них не было следов стрел. Ариана с Шарлоттой тоже показались неподалёку, полностью целые и здоровые, только с перепачканными коленями и локтями, а рядом с ними…

Мама.

Пока Наследники спорили, постепенно переходя на крики, Саймон побежал к ней, спотыкаясь о сырую землю, и бросился в её объятия.

Мама крепко прижала его себе, поглаживая по ноющей спине, и только когда она отстранилась, Саймон увидел на её щеках слёзы.

– Саймон… – Она покачала головой, оглядывая свежие синяки и окровавленное колено, да и общий растрёпанный вид. – Что случилось? Ты в порядке?

– В полном, – ответил он и не соврал, ведь дорогие ему люди не пострадали.

– Ну, относительно, но всё с ним будет нормально, – сказал Нолан, отходя от спорящих Наследников. – Вадим ему что-то вколол, а ещё он наглотался воды.

– Ох, Саймон. – Мама снова прижала его к себе. – Я так тобой горжусь. И тобой тоже, – сказала она Нолану. – Вы столько пережили… – Она всхлипнула. – Я так вас люблю.

Её слова укутали его, словно тёплое одеяло, и только тогда Саймон ощутил, насколько же в них нуждался. Они смягчили боль ран, что физических, что душевных, и он вдохнул её запах, пытаясь запечатлеть мгновение в памяти, а когда неохотно отстранился, дядя аккуратно положил руку ему на плечо.

– Давайте вернёмся в город, – сказал он.

 – Думаю, вам всем не помешает отдохнуть и посетить врача…

– Тишина! – воскликнула Дельфина, но её тихий голос утонул в криках спорящих Наследников. Тогда она перешла на язык племени, всматриваясь в чужие лица и решительно хмурясь.

Все замолчали. Никто не выступил против неё. А когда она оглядела всех Наследников, то повернулась к ягуару и расправила плечи."

"– Наши предки понесли большие потери, пытаясь закончить эту войну, – сказала она. – Но мы Наследники. Мы обязаны защищать не только собственный лес, но и всех животных планеты.

Мы не трусы. Мы не станем прятаться, как Габриэль, и не сбежим, как Вадим. Мы будем сражаться – ради нашего племени, ради Наследников, ради всех анимоксов.

На морде ягуара проступила улыбка.

– Я благодарю вас за проявленное мужество, – произнёс он громко и ясно, и Саймон заметил, как застыла Шарлотта. – Вместе мы можем изменить мир.

– Мы его изменим, – тихо сказала Йара. – Ради всеобщего блага.