»
Если до этого дня я всё же немного стыдился того, как повёл себя, когда Клатир не смог помочь мне с порталом для объединения Ордена, то теперь от тех ощущений не осталось ни следа.
Клатир лгал мне. Не немного привирал, как выразился тогда Седой, а прямо и гнусно лгал.
Стражи Тюремных поясов не были заперты там полностью. Они появлялись в Империи, посещали аукционы и нет, это не закончилось после Бедствия и после того, как Лейла стала частью Мадов, нет. А уж если вспомнить про то, что Клатир давал мне неверные знания по Возвышению и прочее…
Эдак я скоро буду не любить Стражей так же сильно, как Седой.
Едва слышно зазвучала флейта — артефакт, отсчитывающий время, сообщал, что отведённое на медитацию время закончено. После города Тысячи Этажей я обнаружил неприятные последствия — теперь, уходя в медитацию, я часто терял восприятие времени. Думая, что сижу всего две малых палочки, на самом деле медитировал почти всю ночь и так далее.
Конечно, старейшины и стража резиденции не давали мне провалиться в медитацию на день или два — начинали беспокоиться и стучать.
Но вот потратить за воспоминаниями время, выделенное на игру на цине — получалось легко. Пришлось озаботиться артефактом, отсчитывающим палочки времени.
Я распахнул дверь за вдох до того, как в неё постучали — стражник так и застыл с занесённой рукой. Именно стражник. Седой неловко намекал, что нужно бы набрать в резиденцию новых слуг, но я… Я этого не хотел. Когда-нибудь позже. Не спустя всего два месяца после гибели Гамаи.
Стражник отступил на шаг и склонился в приветствии:
— Глава.
Глаза горят, сверкают. Он из новых стражников. Он из Второго пояса. Я невольно оценил глубину его силы — буквально бежит вверх по ступеням Возвышения. Ещё неделю, другую и, возможно, станет Предводителем.
Стражник пристроился рядом, принялся негромко рассказывать:
— Восемь человек просят встречи с вами.
Ну, просить не означает встретиться. Это в первые дни я пусть и откладывал встречи, но в итоге выслушивал всё, что мне хотели сказать и всех.
И быстро убедился, что ничего толкового никто не предлагает — так, хотят увидеть лично того, о ком столько слухов, оценить Возвышение, задать десяток вопросов с двойным дном, обязательно прощупать, как я реагирую на слова про Орден и орденцев и говорю ли при этом правду."
"Быстро утомляет своей бессмысленностью, так что теперь обязанность общаться с такими умниками лежит на старейшинах. Они по очереди развлекаются, кто окажется свободен.
