— Отлично? Отлично⁈
Я начал злиться, а потому прекратил пятиться и набычился. Почему все сегодня, от советника Бахара до Виликор испытывают меня и моё терпение на прочность? Процедил:
— Не понимаю тебя, Виликор.
— Что тут понимать⁈
— И я считаю, что понимать нечего, — осадил я её, повысив голос. — Ты назначена моим заместителем на время моего отсутствия. Таковой ты будешь для всех орденцев, посвящённых в тайну. Для всего остального Сломанного Клинка и чужих взглядов в случае нужды ты выступишь моей женой.
— Непонятно только, с чего ты решил всё за меня?
— И я, и ты выбрали путь служения Ордену Небесного Меча. Что я должен был решить другого? Решить, что служение окончено?
Виликор замялась, моргнула раз, другой, а затем поспешно ответила:
— Я недосто…
— Ложь, — перебил я её, не дав договорить. — Ты достойна больше, чем кто-либо другой. Сколько звёзд ты взяла за последние месяцы?
— Всё ли меряется только…
И снова я перебил её:
— Всё меряется Возвышением, силой, талантом и рвением.
Я уже говорил тебе, говорил другим и повторю снова: ты больший орденец, чем я сам, ты достойна, я с лёгким сердцем оставлю на тебя Сломанный Клинок.
Виликор затравленно огляделась.
Дим изящно склонился:
— Ледяная Звезда, — заставив её вспыхнуть.
Рагедон кивнул:
— Рад приветствовать преемника главы.
Только Бахар криво усмехнулся, но сделал это молча.
Виликор покачала головой, снова повернулась ко мне:
— И всё равно… А как же те две девицы, что…
Я отмахнулся:
— Мне изначально была противна мысль о договорном браке.
Даже будь я действительно всего лишь главой какой-нибудь фракции, я терпеть не могу, когда на меня давят, а уж в качестве главы Клинка, который нужно перековать… — я пожал плечами. — Нет, нет и нет, и, к счастью, плата от Кунг и Холгара позволит отказать и Хаутар, и Жалам, и всем прочим, кроме разве что первой тройки фракций и самого Рама Вилора.
Бахар буркнул:
— Очень уж вовремя всё это сложилось.
Не удивлюсь, если Страж приложил к этому руку.
— Бегал по фракциям и уговаривал их прислать мне жён? — усмехнулся я.
— Всего лишь распустил пару слухов, — сварливо возразил Бахар.
— Ты не любишь, когда на тебя давят, а я, значит, люблю? — в голосе Виликор снова появилась злость.
— Глава, помягче, помягче, — забыв о Холгаре, снова влез с советом Бахар.
Пропуская мимо ушей его слова, я шагнул ближе, мягко спросил:
— Разве я давлю?
— Давишь.
