Да как у него язык…
«Легко поворачивается», — тут же ответил я сам себе. Безумец, который больше трёхсот лет повторял путь сектантов и верит в то, что поступает правильно.
Скорее, тут я должен спрашивать сам: «Небо, а вот он сумеет пройти настоящее Небесное Испытание? Сгорит? Или же останется цел?»
— Во-первых, у меня впервые в руках тело, идущее вслед за душой. Во-вторых, ты используешь уникальный, невероятный способ равновесия с миром. В-третьих, само твоё тело очень и очень необычное. Всего неделя наблюдения за ним дала мне больше, чем десятилетия до этого, я осознал, где я ошибался, — дух снова наклонился ко мне.
— Вот скажи, ты же ощущаешь, что три твои средоточия словно находятся не так, как нужно?
— Что? — в изумлении я даже ответил духу.
— Не ощущаешь? — нахмурился дух. Кивнул. — Возможно, это потому, что никто не открывал тебе глаз на это, но я вижу, и этого достаточно. А четвёртое — ты принёс с собой невероятный материал.
Через миг дух уже сжимал в руке мой Молот Монстров.
Тот самый, что полностью стальной, сделанный Клатиром из ограничивающего душу металла и для которого я всё собирался разместить заказ на начертания, да постоянно откладывал.
— Разве можно такие совпадения считать случайными, моя жемчужина? Два дополнения к моей теории, идеально подходящее мне тело, которое так хорошо подготовлено именно к моему ритуалу, и материал, который тоже выдержит ритуал.
Я сглотнул. Идеально подходящее тело? Это он про меня, так ведь?
Дарсов безумный ублюдок.
Миг — и безумный дух исчезает, словно и не стоял передо мной.
Я закрутил головой, пытаясь найти его. Центр зала, флаги формаций, застывшие големы-стражники, всё ещё суетящиеся слуги.
Пусто. Его нет.
Неужели он…
Короткий вскрик слева лучше всяких слов ответил мне — нет, не ушёл.
Я рывком повернул голову в ту сторону и, наконец, увидел безумного духа.
Он сжимал пальцы на горле Ховала, оторвав его от стены. Кандалы, которые до этого намертво притягивали его к стене, как и всех нас, по-прежнему обхватывали запястья и лодыжки Ховала, но теперь словно были отстёгнуты от стены.
Я не моргал, впившись взглядом в Ховала и безумного духа, но всё равно пропустил миг исчезновения: вот они стоят, а вот уже вместо них пустота.
Я снова дёрнул головой, хотя бы на этот раз угадав — и безумный дух, и Ховал обнаружились в центре зала, в центре формации, в центре безмолвной охраны из големов.
