Значит, враг там либо не один, либо не настолько слаб, чтобы пасть от рук всего лишь двух Властелинов, либо выплеснутая им стихия доставляет Седому и Рагедону большие проблемы. Не зря же он его создал?
Десять Властелинов на одного Повелителя, да? Нужно поторопиться.
Я сорвался на бег.
Налево и прямо на портальную площадь.
Пусто. Всё заполнено туманом, но здесь никого нет. Звук мечей раздаётся с правой стороны. Как и вопль Седого:
— Рагедон, назад!
Туда! Мимо руин домов, которые мы только восстановили под лавки.
Сейчас я, как никогда, осознавал, насколько быстрее начинает передвигаться идущий, обретая техники передвижения, а затем и возможность летать. Неважно на чём, на мече или самостоятельно, нащупав равновесие с миром. Сейчас я бежал, как обычная Закалка, у которой ничего ещё нет, кроме своих ног.
Исток до этого казался мне небольшим — сто вдохов и облетел его из конца в конец. Стараешься утром идти неторопливо, оттягивая время, но вот уже резиденция и пора возвращаться к занятиям со старейшинами.
Теперь же, скрытый алым туманом, он казался мне бесконечным. Но лишь казался.
Туман начал становиться гуще, плотней, сквозь него поплыли искорки, стоило им коснуться моей одежды, как ткань халата в этом месте тут же прогорала, а сами искорки больно жалили кожу, затухая только от касания ко мне.
Я даже вскинул ладонь, прикрывая глаза, но только прибавил ходу, торопясь к схватке, которая становилась всё ближе и ближе.
Вот она!
Из алого, колышущегося и переливающегося огоньками тумана появилось три фигуры с мечами.
Одна — совершенно целая, окружённая облаком искр и алых нитей, а две другие — обгорелые, покрытые ожогами.
Стоя ко мне спиной, Седой буркнул:
— Раз, два, три.
И, вытянув меч остриём вперёд, сорвался с места, телом буквально расталкивая алый туман. Через миг он ворвался в облако искр, которые тут же вспыхнули на его теле, жаля и заставляя тлеть халат. Ещё через шаг он своим телом снёс алые нити.
Следом за ним, шаг в шаг мчал Рагедон.
Я невольно кивнул, оценив, что они делают.
Седой, чьё Возвышение выше, а понимание стихии лучше, своим телом расчищал путь более слабому.
Два вдоха им понадобилось, чтобы проломиться к Кресалю. Три вдоха они продержались возле него, орудуя сталью, а затем отступили. И я не мог их винить — лица и руки их были покрыты волдырями и глубокими чёрными ранами — огонь Повелителя Стихии буквально сжигал их тела. Что творится внутри них, насколько они отравлены чужой стихией, не хотелось даже думать.
