Она стояла на крыльце и не делала ни попытки войти в парусную мастерскую, ни спуститься со ступенек.
Вся одежда на ней была новой. На ком он в последний раз видел негнущиеся темно-синие джинсы с иголочки? Рубашка из шотландки рдела такими же красными пятнами, как и скулы женщины. На клетчатой ткани отчетливо виднелись свежие складки, спускавшиеся от плеч до пояса и по пути пересекавшие высокую грудь. Ему пришлось бороться с искушением разгладить эти складки.
От греха подальше Хаммел перевел взгляд на ее лицо и вздрогнул при мысли о том, что стойкий румянец на щеках незнакомки вызван не пятиминутным пребыванием на шквалистом осеннем ветру, а приближением его, Данка.
Ее лицо было обрамлено волной темных кудрей и локонов. Ветер трепал их, и высокая девушка тем же жестом, что и Данк, отвела с лица прядь волос. Если бы она не стояла так близко, он не отказал бы себе в удовольствии полюбоваться этой картиной и порадовался возникшей к ней физической тяге. Кажется, утро начинается совсем неплохо…
Данк перехватил ее взгляд.
Девушка оценивающе разглядывала его. Интересно, что она при этом думает?
— Доброе утро, — сказала незнакомка.
— Доброе…
Острый запах соли и обнажившегося во время отлива песка не мог заглушить какого-то более приятного аромата. Духи? Лак для волос? Она посторонилась, пропуская его вперед. Данк вошел внутрь и ощутил другой запах — чуточку грубоватый, но удивительно бодрящий.
Парусная мастерская лодочной станции Менсона… На него нахлынул поток воспоминаний, и Данк долго стоял, наслаждаясь ими.
Багры, спасательные жилеты, таблицы приливов и отливов, лодочные сиденья, бакены… Всякое морское барахло, которого хватило бы, чтобы утопить любой из стоявших невдалеке шлюпов старика. Здесь пахло лаком, бурями… и временем. Сосновый пол местами основательно протерся и осел.
Парнишка у полок с такелажными принадлежностями показался ему знакомым, но никого из мужчин, стоявших в проходе и рассматривавших этикетки на банках с лаком, он не знал.
— Чем могу быть полезна?
Прозвучавший у самого уха женский голос заставил его вздрогнуть.
Хрипловатый тембр возбуждал Данка почти так же, как и присутствие незнакомки. Он обернулся. Стоя у него за спиной, девушка допивала кофе. Черт возьми, глаза у нее были не хуже волос — широко открытые, любопытные…
Забавно. Нет, ей-Богу, утро начинается просто замечательно!
— Удивительно, но здесь все осталось по-прежнему.
— Чувствуйте себя как дома.
Она отошла в сторону.
— Вообще-то я хотел видеть Чака Менсона.
