Если бы он задался целью найти компаньона, с которым мог бы вместе вытянуть станцию и заставить ее приносить доход, то он, не колеблясь, выбрал бы Бет. Люди никуда не ушли бы от нее — и не только потому, что уходить было некуда, но и потому, что она обладала врожденным свойством вызывать к себе уважение, была справедливой и сохраняла качества, которыми славился ее отец. Он явственно видел все ее достоинства и был уверен, что при таком руководстве станции обеспечено хорошее будущее.
Кроме того, Данк знал, что она осторожна и в то же время решительна, но сильнее всего ощущал ее скрытую сексуальность, которая то и дело проявлялась на протяжении всей истории их странных взаимоотношений.
Его повергал в тоску недостаток времени. Скорое возвращение в Бостон давало ей возможность лишь сохранить на станции временное статус-кво. Он был уверен, что работа значит для Бет больше, чем мужчины.
Что ж, если она договорилась вернуться к своим финансовым мудрецам, и только к этому и стремится, пусть будет так. К счастью, после того что с ним случилось, и это могут подтвердить и родители, и Вирджиния Кроуфорд, Данк вычеркнул слово «Бостон» из своего словаря.
Он заставил себя отвлечься и свернул на мощенную булыжником дорогу, которая вела к заболоченному участку земли, принадлежавшей яхт-клубу. Мальчишкой он много раз спускал на воду яхты под неусыпным наблюдением инструкторов, которые учили его управлять парусами. Он вышел из машины и медленно побрел вдоль полосы прибоя. Был час прилива. Данк ел заранее припасенный сандвич, следил за тем, как волна лижет болотную траву, и слушал глухие удары теннисного мяча на расположенных неподалеку кортах.
"
"Осеннее небо было гораздо светлее, чем в июле. Янтарные прогалины на поверхности болота усыпали полыхающие листья прибрежных деревьев. Гортензии и розы завяли, но сахарные клены и колючие кусты, образовывавшие живую изгородь, были по-прежнему яркими. Прежде он видел эту землю только покрытой буйной зеленью. Приятная перемена. Кейп-Норд все еще радовал его.
Сжевав половину сандвича, он побренчал завалявшейся в кармане мелочью и прикинул, продадут ли ему в таком виде чего-нибудь попить в ресторане яхт-клуба. Данк шагнул на крыльцо, зажав в ладони несколько монет по двадцать пять и десять центов. Он сразу увидел клубный пиджак и модельные туфли — Чеппи Челфи вырядился, словно на вечерний прием. Не иначе хочет произвести на кого-то впечатление, подумал Данк, опустив глаза на зажатые в кулаке деньги.
