Истинная для черного волка [СИ]

Его руки, естественно, не могли схватится ни за что-то другое, кроме моих бедер, плавно взбираясь вверх с помощью живота и груди. Настало время, чтобы возмутиться и врезать ему по лицу, а для надежности — между ног, но… Я, словно какая-то аутистка, замерла и, бог мой, завелась.

Впервые в жизни! Неужели все так просто? Парню стоит по лапать тебя в лифте и все?! «Берите меня семеро?!»

Пользуясь моим тотальным идиотизмом, мужчина не стал отходить далеко, а прижался ко мне так близко, что я каждой клеточкой тела прочувствовала его возбуждение, кубики пресса и быстро бьющееся сердце.

Ой, мамочка…

— Кажется, я понял, в чем дело… Ты возбудилась, кошечка. Течешь, как настоящая сучка… Ммм…

«Что? Что он только что сказал?» — снова и снова крутилось у меня в голове, даже когда лифт открылся, а незнакомец, досадно рыкнув мне в ухо, быстро вышел прочь. Даже если пропустить мимо ушей грубое слово на букву «с», неужели… Разве может быть, чтобы кто-то УНЮХАЛ запах возбуждения? Возможно, он такой же, как и я?

К сожалению, я очень мало знала о своей природе.

Практически ничего. Старая провидица сказала мне лишь пару предложений, на которые я опиралась все это время. Но ничего конкретного. Свою волчицу я чувствовала, но не понимала. Что она хочет? Что пытается донести? И как понять, оборотень ли этот мужчина или просто человек со сверхчувствительным нюхом?

Но незнакомец больше не поворачивался и опять превратился в скромного работника клуба, честно выполняющего свои обязанности. Чем заставил снова вспомнить о Клер и ускорить шаг.

В любом случае, сейчас я заберу эту безмозглую идиотку и все закончится. Мы прочистим ей желудок и навсегда забудем про этот странный случай в клубе.

— Долго еще? — коридор был длинный, и мы шли в самый его конец, несмотря на то, что по пути было уйма комнат. Все почему-то для персонала. — Какого черта ее занесло в самую глушь вашего клуба?

— Похоже, сквернословие — твое хобби, — только и сказал тот, по ощущениям усмехнувшись. И пусть я не видела его лица, но по телу прошли мурашки, ноги подкосились, и резко стало жарко.

Не знаю, как он ощутил эту перемену, но немного хрипловато прошептал. — Как ты? Дойдешь или тебя отнести на руках?

Такая самоуверенность этого сводящего с ума красавца бесила до безумия. Наверняка, все девушки вешались на него, и он знал себе цену, умножая ее на трое.

И пусть я, как ни прискорбно, была в числе его поклонниц, все равно равнодушно усмехнулась и выплюнула:

— Не переживай.