Истинная для Снежного Лорда, Я твое желание

— А ты… Кто такой? — задала я вопрос, который ранее никому из своих слуг не задавала. Что это со мной? Сама не знаю. Но слово не воробей. Да и воробей не слово… 

— В смысле? Я не понимаю. 

— Да что тут непонятного? Откуда ты у меня взялся? 

— Ах! Вы про это. Так я и раньше у вас был. В этом доме я уже как лет пять живу. Только лично вам еще не служил. Я начинал у вас садовником, два года за садом следил. Потом меня перевели в служение в доме. Чинил мебель. Дальше убираться стал. А когда Локи ушёл, стал вашим личным слугой.

— А кто такой Локи? — с виноватой улыбкой спросила я. Говоря по правде, я не знаю ни одного своего сотрудника лично, кроме секретаря. Но и у него очень сложное имя, которое мне лень запоминать. Или произносить? Не помню. Это неважно. Подумаешь, имя. Такая нелепость… 

— Локи — ваш бывший слуга. — Пояснили мне. 

— А ты не знаешь, почему он от меня ушел? 

— Эм… — парень залился краской. — Знаю. 

— Вы в пьяном бреду стащили с него набедренную повязку, но увиденное вам не понравилось.

— А почему не вернулся? Я ведь всего его всего лишь с третьего скинула… Мог бы и обратно прийти. 

— Он сейчас вообще никуда прийти не сможет… 

— Ну и хорошо. Пусть ищет себе другую хозяйку. У меня ты есть. Кстати, а тебя как зовут? 

— Действительно, — протянула я, заглядывая в глаза насыщенного зеленого цвета.

Парень тоже мечтательно смотрел на меня, на его юном, но прелестном личике расцвела добрая светлая улыбка. Он меня тут совращать вздумал? Если да, то получилось только умилить. Но попытка засчитана. Теперь, даже если у него сарделька, а не колбаса, то в окно я его выкидывать не буду. Наверное. 

— Госпожа… — заблеял откуда ни возьмись Сырок. Его тучная фигура появилась в проходе, но его грубо посторонили, чуть ли не впечатав в косяк. — К вам гость… 

— Я вижу. — Хмуро отозвалась я, глядя на Его Отморожество.

— Здравствуйте, госпожа Фея, — приветствовал Снежный Лорд. По его ходячим желвакам было видно, что он в бешенстве. Молодец, девчонка, довела до белого каленья, а мне теперь с ним разбираться. 

— Милон, — обратилась я к слуге, чудом запомнив его имя, — можешь идти. Отдыхать. 

Паренек ушел, обойдя гостя по большой дуге. Я схватила книгу жизни Айстаха, положила на сиденье стула и плюхнулась попой сверху.