Истинная со скидкой для дракона

Я вас очень люблю и вы мне как отец, — слова просто слетают с моих губ, гонимые подсознательным страхом, что возможно настанет момент, когда я не смогу их произнести. Или не успею.

Ларч замирает. По лицу скользит удивление. Рука, держащая кружку, вздрагивает.

— Я…тоже тебя люблю, моя девочка…но что случилось?

— Просто я хотела, что бы вы это знали, — облегченно улыбаюсь и быстрым шагом покидаю комнату.

Куда так внезапно подевался Добанеско непонятно. Может снова решил заглянуть в лагерь. Как я поняла, он там часто бывал.

В итоге найти его не получилось. Только старшего, но к нему я не решилась подойти со странной просьбой, распороть их картину.

Особенно нелепо будет, если я там ничего не найду. За такой конфуз семья Добанеско мне точно скажет «спасибо».

Остаток дня провожу в библиотеке. Вечернее зарево за окном сменяется сумерками и я зажигаю свечу.

Перелистываю страницу легенд и мифов. Странная баллада о драконах расплывается перед глазами. Веки тяжелеют и опускаются.

Чуткий сон отступает, когда щеку опаляет горячее дыхание.

Теплые мужские губы прикасаются к моему лбу и мочке уха. Он что-то негромко произносит.

— Не понимаю…, — спросонья бормочу я.

С трудом подняв ресницы, вдруг осознаю, что я больше не в библиотеке. Меня опускают на кровать, а из моих рук выпадает прихваченная зачем-то книга. Она шумно ударяется об пол и я вздрогнув, приподнимаюсь на локтях.

Фигура Аргалона, нависающая надо мной, обретает четкость.

Всматриваюсь в лицо напротив.

Создается чувство, что как только он вернулся, сразу пошел искать меня.

— Ты здесь…, — облегченно выдыхаю, со смущенной улыбкой дотягиваясь до его подбородка. Подушечками пальцев чувствую легкую щетину.

— Волновалась? — прищуривает черные глаза.

— Ну да…конечно. В чем вопрос. А что случилось?

Аргалон приоткрывает губы, но откуда-то с улицы доносятся звонкая струнная мелодия и не самое трезвое распевание песен.

— Что это? — непонимающе смотрю на Аргалона. — Если это в честь свадьбы, то они хоть в курсе, что главные виновники торжества сейчас не с ними?

Бровь Аргалона изгибается. Мы несколько секунд смотрим друг на друга, а затем одновременно смеемся.

— Народ жаждет празднеств, — философски цедит он, — в основном зале нас ждут. Хочешь к ним присоединиться, или перенесем?

Задумываюсь.