- Могу поинтересоваться, кому? - полюбопытствовал Лайонс, и Третий-Шестой довольно ответил:
- Кьяртону.
- Да чтоб тебя! - тут же всполошился лекарь и, взяв какую-то круглую штуковину, выбежал в коридор, громко хлопнув дверью.
- Что это с ним? - удивлённо спросила у принца.
- Побежал проверять самочувствие дяди. Лайонс выслуживается перед ним, потому что тот когда-то помог его отцу. Скользкий тип.
- Лайонс? - не поняла я.
- Да оба они, - хмыкнул Гэри.
Я пересела на край кушетки и тихим голосом сказала:
- Спасибо, что заступился за меня.
Гэрольд Нивэн Третий, забыв про наказ лекаря не вставать десять минут, сел рядом со мной и по-хозяйски положил руку мне на плечо:
- Брось, Дерзкая. Дело не только в тебе… Просто твой случай стал последней каплей в чаше моего терпения.
- А что случилось? - не удержалась я от вопроса. - Я с первого дня заметила, что у вас напряжённые отношения с Кьяртоном.
Золотой дракон вздохнул и притянул меня к своему боку, поглаживая ладонью по плечу. В его жестах, движениях, поступках не было и намёка на нечто большее, чем дружба.
Скорее всего, таким и должен быть старший брат, каким я уже видела для себя Гэри.
- Скажу, но ты - никому, - нарочито суровым голосом произнёс Третий-Шестой. - Проболтаешься - хана моему авторитету в академии.
- Я - могила, - пообещала, на что принц, улыбнувшись, ответил:
- Ты - Дерзкая. Ладно, слушай. Несколько лет назад я влюбился. Впервые в жизни, по-настоящему. Так, что ночами не спал, мечтая скорее её увидеть.
Кажется, я знаю, что с ним случилось. Но не буду мешать его рассказу.
- Лавиния - дочь королевского казначея, белая драконица. Она была такой трепетной, чистой, невинной. Я её полгода добивался и наконец, она ответила мне взаимностью! Пригласил её на бал во дворце, где представил родителям, братьям и дяде, как свою пару. А этот чёртов подлец тоже её заприметил.
Гэрольд вздохнул и замолчал, а я не решалась задавать ему вопросы.
Всё и так было ясно.
- Уже к концу бала она танцевала только с ним, а на следующий день бросила меня.
Сказала, что любит Райана Кьяртона, и готова быть с ним несмотря на то, что обряд не показал его истинную.
- Было очень больно? - еле слышно спросила я, обняв Гэри."
"- Как-будто из груди вырвали сердце, - голос Третьего-Шестого предательски дрогнул, и он отвернулся. - Кьяртон игрался с ней месяц, а потом выбросил из своей жизни, как надоевшую вещь. И что хуже всего - отец встал на сторону дяди.
