Полотняный воротничок – высокий, до самого подбородка, подчеркнул шею и белизну тонкой кожи. В общем, если бы леди пожелала специально подчеркнуть свою женственность, хрупкость и красоту, у нее, наверное, не получилось бы сделать это так явно.
– Прошу вас, – генерал отодвинул стул, приглашая Эжени сесть.
Она чинно присела, а служанка затихла за ширмой, не собираясь никуда уходить.
– Как вы себя чувствуете? – серьезным тоном спросил Жеймо, вглядываясь в бледное лицо «добычи».
– Спасибо, уже лучше, – вежливым тоном ответила девушка, складывая руки на коленях.
Вейж нахмурился и тут же чуть не ударил себя по лбу. Обитатели замка голодали! Вчера, когда девушку ранили, она потеряла много крови. Ром с сахаром придал ей сил, но теперь ей отчаянно хочется есть! Но не предлагать же даме солдатскую кашу?
На его счастье в дверь постучали – явился посыльный с бульоном, а вместе с ним и лекарь.
– Добрый день, генерал Вейж, леди! Вижу, вам обоим уже лучше.
О, бульон, это хорошо! Принеси сюда мою кашу, голубчик, я поем в хорошей компании, а потом поменяю повязки!
Солдат умчался, топая сапогами, а доктор вежливо взял руку Эжени, словно для поцелуя, но вместо этого выслушал пульс:
– Ай-яй, миледи, вам нужно поесть и выпить успокоительный настой! Такой частый пульс может быть опасен даже для юных дам! Вот бульон, мы такой варим для раненых. В вашей деревне оказалось достаточно кур, а хитрый староста держит еще и голубей, так что в этой бледной водице есть немного мяса.
Начните с него!
Эжени молча потупилась, когда перед ней поставили сразу котелок бульона и под бесконечную болтовню доктора вручили ложку. Первые глотки горячего супа погрузили девушку словно в сон. Она видела, как доктор и генерал едят кашу, запивая ее грогом, слышала разговор о весенней распутице, раненых и запасах провианта, но все это пролетало у нее над головой. Еда. Горячая, вкусная, возвращающая силы каждым глотком.
Сначала горячие струйки внутри устремлялись только к желудку, потом обогрели тело и в последнюю очередь достигли головы. Вот в этот момент что-то внутри щелкнуло, как замок на шкатулке, и Эжени осознала – она жива. Ранена, но жива. Замок захвачен войсками короля. Чужого короля. Его ультиматум прочитали у ворот в первый день осады. Если бы Лайессы сдались, их ожидала бы ссылка в дальнее поместье, и только.
