Пока я сомневалась и размышляла, жрецы закончили проверку. Можно было приступать к ритуалу.
— Шелли, — едва оказалась рядом, Рамон улыбнулся и, невольно залюбовавшись им, я не заметила лежащий на полу шнур. Споткнувшись о него, я с визгом рухнула прямо на жениха.
— Леди!
— Мишель!
Герцог и жрецы тут же оказались рядом, но дракон справился сам, бережно поймав меня в свои объятия. Благодаря регулярным визитам Сореля я ненавидела чужие прикосновения, но… вырываться из объятий генерала отчего-то не хотелось.
Только в плечо вонзилось что-то острое, а кожу под печатью пары начало покалывать. Это моментально отрезвило, напоминая о задании.
— Ох… простите, — растерянно прошептала, отстраняясь от генерала и с ужасом рассматривая алое пятно на его плече и просматривающийся сквозь бинты целительский артефакт, ускоряющий регенерацию.
Я идиотка! Он же ранен! Наверняка из-за меня швы разошлись…
— Всё хорошо, — заверил меня генерал. А стоящий рядом «крыс» кашлянул, привлекая внимание.
— Давайте начинать, у нас с отцом Теограссом мало времени, — достав из кармана мантии Благословенный амулет, «саранча» принялся читать молитву Туманам. Пришлось молча замереть возле генерала, сосредоточившись на личине Мишель.
У меня будет всего секунда, чтобы сымитировать раскрытие печати и заставить татуировку засиять. Если упущу момент, никакое золото не заставит жрецов признать этот брак действительным.
— Согласны ли вы, Рамон Ринальди, генерал империи Лэгрес, владыка серебряных драконов, герцог Рэйский, Гаорский, Эрэльский и Карэонский взять в супруги миледи Мишель Валентэ, графиню Савоярскую и Тиорганскую, баронессу Шалэрскую и Вольскую, наследницу Солнечной крови и благословенную дочь Самоцветного двора?
— Согласен! — от бархатного голоса дракона сердце сорвалось в пляс, а поддельная татуировка потеплела, будто он и впрямь женился на мне.
— Готовы ли вы оберегать свою пару от всех бед, даруя ей свою защиту, разделяя Благословение рода Ринальди и магию своих предков? — продолжил жрец.
— Готов.
— А вы, Мишель Валентэ, готовы принять защиту и клятвы Рамона Ринальди, став для него верной и любящей супругой, опорой и соратником, а также матерью его детей?
— Согласна, — пискнула, чувствуя, как проклятая татуировка раскаляется до предела, а голова начинает кружиться от чужой магии.
