Бегло прочитав сообщение, Рамон напомнил, что до бала осталось совсем немного времени и пора собираться.
— До какого бала? — насторожился вампир.
— Потом, это ждёт. Закончи рассказ, — ответил дракон, пряча связное устройство.
— Ну, про то отказ Летты принять Тени вы уже знаете, как о и причинах её решения, — вздохнул Валентин, — после этого я начал стремительно терять магию и уже не мог полноценно скрывать её от разведчиков Кровавого рассвета. Остальные дети Тумана также начали слабнуть, но всё равно, как могли оберегали её.
И всё же инкубы придумали, как обыграть нас. Зная о том, что Рубиновое пламя блокирует нашу магию, они вначале спровоцировали прорыв дикой нечисти, а затем воздействовали на командира инквизиции Змеиным флёром, взяв его под полный контроль и заставив отдать приказ о применении рубинового Пламени в черте города.
— Подожди! — встрепенулся Рамон. — Если у тебя есть доказательства ментального воздействия…
— В том-то и дело, что уже нет! — с горечью воскликнул Валентин. — Я потерял большую часть силы и оказался привязанным к любимой вещи Амиры, новой потенциальной наследницы.
Когда начался пожар, Летта и Томас были в мастерской, я не смог прийти им на помощь, но защитил Амиру от огня, отдав оставшуюся силу. А после мне хватило магии лишь на то, чтобы засечь воздействие…
— Тот инквизитор был в доме? — в голосе Рамона проскользнула неприкрытая ярость.
— Да, он хотел убить и девочку. Но едва приблизился, я воспользовался силой гребня, чтобы разорвать ментальное воздействие, и внушил ему, что ребёнка нужно не только спасти любой ценой, но и сохранить его личные вещи.
Бездна… по щекам ручьями хлынули слёзы. Эмоции накрывали с головой, но сильней всего была дикая, кипучая ярость и ненависть к Сорелю, и другим предателям-мятежникам.
Решено! Уничтожу! Отомщу! Найду способ…
Рамон нежно притянул меня к себе, обнимая, и утирая слёзы. В другое время, я бы ужасно смутилась, но сейчас отстраняться не хотелось, близость дракона успокаивала и помогала не сорваться в истерику.
— А потом я впал в глубокий сон и пробудился уже в каком-то хранилище или сокровищнице… — растерянно добавил дух, никак не прокомментировав наши с генералом объятия.
— В хранилище банка, — кивнула, переводя дыхание.
Рассказ вампира опустошил меня, вскрыв старые раны. Я словно заново пережила ту жуткую ночь, взирая на страшные события безмолвным призраком, знающим, чем всё закончится, но не способным ничего изменить.
Было горько и тягостно на душе.
