Местные звери и птицы оказались с короткой памятью и быстро позабыли о шальном предводителе. Теперь для призыва кота или воробья приходилось обращаться к Дару прадедушки Юджина.
Меня такой расклад более чем устраивал и, закончив с проверкой, я от души накормила всех участников проекта. Затем выпустила птиц в окно, а для котов мы с Сэваном открыли обратный портал к месту обитания. Вот только чёрный кот умудрился в последний момент выскочить в коридор быстрее, чем некромант накрыл его специальным плетением.
Разумеется, Догра всё равно поймал пушистого бандита, и на этот раз выпустил кота через чёрный ход. Но тот залез обратно в окно и во время забега по дому налетел на Мишель. Эльфийка пришла в восторг, а наглый зверёк тут же сообразил, кто в доме слабое звено и принялся отчаянно мурлыкать.
Мишель мгновенно растаяла и хотела оставить кота себе, но тот уже прикипел к некроманту и, убедившись, что его больше не гонят, начал мурчать в нужную сторону.
— Я же говорил, котяра выйдет из этой битвы победителем! — восхитился Валентин.
Некромант согласился назвать пушистика Князем Тьмы и забрать к себе, а ещё разрешил Мишель регулярно проведывать зверя.
У меня возникло смутное подозрение, что прежде чем проклятие развеялось, эльфийке всё же досталась капля моего Дара анимага. Иначе как объяснить, что они с котейкой так быстро нашли общий язык и вступили в сговор?
— Кот, несомненно, герой этой ночи, — кивнула, едва сдерживая смех.
Появление в доме зверька помогло существенно сбавить градус напряжения перед вылазкой.
Оставалось дождаться возвращения Рамона. Переговоры с Архижрецом шли долго, но закончились в нашу пользу. Дари сообщал нам о каждом этапе, и я знала, что сейчас Леонардо активно помогает генералу в организации поджога.
На удивление, жрец сразу одобрил эту идею и дал дельные советы, как обставить всё максимально естественно. Причина пожара в архиве — магическое замыкание в защитном куполе и, как следствие, пламя стремительно перекинулось на канцелярию.
В слежке за Сорелем жрец тоже собирался участвовать и обещал помочь, хотя выдавать нам особые полномочия не спешил.
Вначале это насторожило, но Сэван пояснил, что права Верховного судьи давали не только огромное преимущество, но и накладывали на Леонардо массу ограничений. Если он использует их вхолостую, не добыв железных доказательств предательства Сореля, его самого будут судить за превышение полномочий.
