И время пошло на секунды…
Едва дамы поставили на поднос пустые кубки, я тут же отошла в сторону, и на первый план вышла Верховная. Её благословенная магия накрыла толпу, растекаясь по площади золотистым маревом. Горожане затихли, благоговейно сложив руки на груди и молясь вместе с ней, но едва чудотворное плетение начало рассыпаться искрящимися всполохами, как стоящая позади Тэвельская закашлялась и рухнула на сцену.
Аманда завизжала, я застыла словно в трансе, изображая ужас и испуг, а через миг нас накрыло плетениями Рамона.
Дракон скрыл происходящее от гостей плотной иллюзией. Он уже успел поменяться местами со своим двойником. Я чувствовала, что на сцену вышел уже настоящий генерал.
С ним была моя точная копия и Сэван. Мишель оставили с гвардейцами.
— Всем оставаться на своих местах! — добавил Ринальди, едва некромант рванул на помощь Тэвельской.
Не удержавшись, мельком взглянула на ложу Сореля. Теперь, когда нас скрывал морок, можно было вдоволь полюбоваться бледной и вытянувшейся рожей инкуба, и багровым лицом Великого инквизитора.
ГЛАВА 33: Следуя за туманом
Через четыре часа, штаб драконьей гвардии (Амира)
— Светлейшая Лионне постоянно находилась под присмотром и не могла обработать чашу леди Тэвельской ядом. Скажу больше, она никак не могла узнать, какая чаша кому достанется, — уверенно заявил стражник.
Это был тот самый, недоверчивый вояка, следящий за каждым моим чихом в хранилище.
Я до последнего думала, что из всех свидетелей именно он будет орать громче всех, обвиняя жрицу, но вышло наоборот.
Страж и в мыслях не допускал, что мог оплошать и не заметить, как девушка обработала кубки, поэтому активно защищал меня.
— То есть, вы утверждаете, что следили за жрицей даже в тот момент, когда она находилась в хранилище? — уточнил Рамон.
Допрос дракон проводил лично. А я молча стояла рядом, фиксируя весь разговор на записывающий кристалл и наблюдала за артефактами правды. Расследование шло по всем правилам, и за последние три часа мы с генералом проверили пятнадцать магов из основного списка свидетелей, ещё сотню гостей опросили помощники Рамона.
Этот стражник был последним.
— Внутрь не заходил, это запрещено. Я стоял в дверях и видел, как жрица наносит благословение на чаши, — ответил стражник, — светлейшая ничего не пыталась скрыть, её руки всё время были на виду.
Я мысленно похвалила себя за предусмотрительность. Не зря потратила время на отвлекающие манёвры.
