Не представляю, как после этого оборачиваться и, главное, в кого? Заказчик не удосужился заранее познакомить меня с девушкой, которую предстояло заменить. Лишь упомянул, что она целительница и работает в госпитале Святой Мириссы, там же познакомилась с будущим супругом и сегодня они хотят пожениться.
Причину такой спешки не знала, но вопросов не задавала. Моя задача — заменить невесту во время венчания и сымитировать появление на её руке Благословенной печати. Это позволит девушке стать не просто официальной фавориткой, а женой дракона.
— Дурацкая традиция! — просипела, на минуту сбавляя скорость и пытаясь выровнять дыхание. По вискам струился пот. До госпиталя оставалось совсем немного, а чек на пять тысяч золотых придавал сил, позволяя увеличить скорость забега.
За пятнадцать минут работы сумма немыслимая! Её с лихвой хватало, чтобы покрыть остаток долга. Даже оставалось немного на первое время. Но и риск был колоссальный. Если меня поймают на торговле истинностью, бросят в казематы и заблокируют Дар.
Строгость наказания объяснялась просто. Из-за древнего проклятья, сути которого уже никто не помнил, Совет старейшин разрешал двуликим жениться только на истинных. Многих такой расклад не устраивал, и хитрые маги нашли обходной путь, подделывая татуировки парности.
Простым горожанам было проще. Подлинность их истинности и парности никто не проверял, поэтому хватало баночки специальных чернил и липового благословения, купленного в Серой гильдии. Но с высшей знатью и высокопоставленными военными этот номер не проходил.
Такие пары благословляли жрецы Белого дракона, они же подтверждали появление на руке невесты Благословенной печати — символа того, что магия и Род мужа приняли девушку под свою опеку.
Эту печать мне и предстояло подделать, рискуя свободой. И чем ближе был госпиталь, тем меньше нравилось задание, а фантомная петля на шее становилась ощутимее.
ГЛАВА 2: Щедрый заказчик — к беде!
На удивление, до чёрного входа добралась без приключений и сразу же наткнулась на заказчика.
Его лицо, как всегда, скрывал капюшон, а на вороте плаща красовалась брошь с серебряной совой. Такую же выдали и мне, в качестве опознавательного знака.
Тревожный символизм, если учесть, что совы охотились на мелких грызунов, а таких как я в народе называли мышами.
— Вы опоздали на минуту, — объявили вместо приветствия."
"— Мне жаль, но давайте сразу перейдём к делу, — просипела, восстанавливая дыхание и мысленно благодаря директрису.
