Явно ведь идут завтракать?
Кормят здесь тоже красиво, на выходящей в цветущий сад террасе, защищённой от дождя и солнца навесом. Еду все набирают самостоятельно, бродя среди множества многоярусных столов.
На меня сразу обращают внимание. Теперь понимаю, почему бабушка так настаивала на том снадобье. Неуютно. Не глядя набираю себе еды и спешу к самому дальнему из столиков, но даже тут не избежать заинтересованных взглядов.
Пересаживаюсь лицом к саду и медленно выдыхаю. Нужно просто привыкнуть ко всему этому.
Но вообще, если не видеть, как на меня пялятся, то и нервничать не приходится.
— Мяу.
Я вздрагиваю и, повернув голову, нахожу взглядом уже знакомого кота. Поджимаю губы и с противным скрипом отодвигаю стул:"
"— Нет! Брысь!
— Мау, — повторяет оборотень и смотрит на меня с укором.
— Я сказала брысь! Второй раз я на это не куплюсь!
Кот продолжает притворяться, подходит, идеально имитируя поведение обычного зверя, но я не стану рисковать.
Схватив чашку чая, никакой другой жидкости у меня нет, показываю её коту:
— Или сам уйдёшь, или пойдёшь сушиться!
— Ладно-ладно, чего ты такая злюка? — миг и передо мной появляется знакомый незнакомец.
Роста в нём никак не меньше, чем в том, о ком я запретила себе думать. Волосы коротко стриженные, на висках почти выбритые. Фигура атлетичная, отлично смотрится в мужском варианте формы академии.
— Садись, пока ещё не все заметили, — хмыкает он, опускаясь на стул передо мной.
— Не кусаюсь.
Я оглядываюсь и, цыкнув языком, тоже сажусь за стол. Нечего представление устраивать.
— Чего тебе надо?! — раздражённо шиплю сквозь зубы.
— Познакомиться пришёл. Мы ж друг другу не чужие, — скалится он и я замечаю развитый сильнее обычного клык. — Как тебя зовут?
— Не твоё собачье дело!
— Кошачье, вообще-то.
— Да плевать! Под трибунал хочешь?! Если кто узнает, нам обоим не поздоровится.
— Не волнуйся. Альмира болтать не станет.
Ей тоже достанется, если кто узнает.
— Тебя это вообще не заботит? Ничего не было, ясно?!
— А что было? — улыбается он шире. — Как зовут-то тебя, кроха?
— Инга, — нехотя отзываюсь я.
— Я Саймон, будем знакомы. Слушай, Инга, дружеский совет. Тебе, как одной из цветника, положено есть в другом месте. Не то чтобы я, или кто-то ещё был против, просто так безопаснее. В первую очередь для тебя.
Меня будто в ледяную реку окунают.
