В этом классе нас трое, становится неуютно.
— Рождение ребёнка с необычным цветом волос большая редкость, — Тенгер продолжает смотреть на меня. — Это отличительный признак того что внутренний резерв гармонично сочетается с внешними потоками, что делает таких магов очень ценными.
— И что? Случись война, цветник поедет на передовую? — усмехается кто-то, слышатся смешки.
— Да нет, их другому учат, — язвит Тимонт.
Я поджимаю губы. Будь у меня выбор, на передовую поехала бы, честное слово. Война — это ужасно, но общество императора ненамного лучше.
— Цветы слишком редкие, хрупкие и необычные, чтобы бросать их в пекло, — возражает Тенгер. — Кроме того, их сила отличается ещё одним необычным свойством. У вас есть внутренний резерв магии, но для всех остальных вы — внешний источник энергии, ненамного отличающийся от природных потоков.
Я вздрагиваю и поднимаю голову. Ректор смотрит мне в глаза и продолжает тем же спокойным и ровным голосом, но я воспринимаю его слова как смертный приговор:
— Отсюда следует, что цветы могут не только соединять свою магию с природной, но и с силой другого мага.
Как вы знаете, на их руках есть метка, означающая совместимость с императором, но даже после стольких лет и множества красавиц, принятых в цветник, он до сих пор не представил империи жену. Девушку, метка которой замкнётся полностью. Ей станет та, чей магический предел окажется достаточным, чтобы выдержать силу императора и подарить ему сильного наследника.
Я опускаю взгляд на клеймо и дрожащими пальцами закрываю его рукавом пиджака.
Ректор не сказал ничего особенного, всё это мы очень-очень кратко уже слышали, но последняя часть… о ней я задумалась только сейчас.
«Такой редкий и темпераментный цветочек нужно облагородить. Слышишь, сладкая? Я готов дать тебе ещё один шанс», — напомнил в памяти противный голос императора.
Достаточно большой потенциал. Проклятье я чуть не разнесла оранжерею, так что ректору пришлось вмешаться. И император не вышвырнул меня, не казнил и не отправил в тюрьму, ведь я и правда напала на него.
Значит ли это что…"
"Я поднимаю взгляд на ректора. Очень хочется верить, что ошиблась, но в чёрных глазах я читаю подтверждение, что поняла всё правильно.
Вашу ж мать… Я — фаворитка императора.
Глава 12. На краю
Во рту мгновенно пересыхает. КАК можно было так вляпаться?
Мысль о продолжении рода императора вызывает тошноту. Стараюсь дышать глубже, чтобы подавить это противное чувство. А ещё думать о чём-то другом.
