Отхожу к сумке, чтобы собрать разбросанные вещи."
"— Альмира, солнышко, ты что творишь? — бархатисто мурлыкает Саймон, постучав по двери костяшками пальцев. — Что за сцены, ну? Открывай.
— Катись ты в пекло, Уциан! — истерично верещит соседка, которую его голос, кажется, бесит ещё больше. — Тащи свою новую подстилку к себе и спи с ней там, понял?! Я ни тебя ни эту дрянь больше видеть не желаю!
— Что ты несёшь? — усмехается оборотень. — Прекрасно знаешь, что…
— За дуру меня держишь?! Убирайтесь оба, я сказала! Ей не место в приличном обществе! И тебе тоже! Извращенцы!
Саймон поворачивается ко мне и демонстративно закатывает глаза, но потом его лицо резко меняется.
Я сглатываю и, медленно обернувшись, ловлю на себе взгляд мадам Гюбо.
Глава 16. Предвзятость
Ну всё. Мне конец.
Сегодня меня отправят к солдатам. Или куда там, я уже не помню.
Как подтверждение моих мыслей Гюбо что-то истерично кричит, поднимая этим на уши тех, кто ещё не отреагировал на крики Альмиры. Теперь уже изо всех дверей выглядывают любопытные лица, а я себя чувствую просто клоуном на арене цирка.
Ну правда, цирк же как он есть! Только вот ни разу не смешно.
Я даже не сразу понимаю, что кричала Гюбо, пока из-за угла не появляются четверо бугаев в военной форме и громко топая сапогами по каменному полу, не направляются к нам. По коже проносится волна ледяных мурашек. Чувствую себя беспомощной и слабой. Будто снова оказалась в том идиотском костюме в оранжерее с императором.
Саймон сверкает глазами, сжимает челюсть и… неожиданно шагает вперёд, закрывая меня собой.
Я упираюсь взглядом в его спину и замираю, удивляясь ощущениям. Странно, но очень приятно. Вот только, судя по выражению лица Гюбо, нам это не поможет.
— Так, руки не распускаем. Цветочек ни при чём, — он опускает подбородок и смотрит на них исподлобья. — Кроха тут второй день, вот я и решил, что неплохо бы…
— Да что ты там решил!!! — внезапно распахивает дверь Альмира. — Я прекрасно видела, как она своими сиськами перед тобой трясла! Только приехала, а сразу начала соблазнять чужих мужиков!
Я чуть не задыхаюсь от несправедливого обвинения.
Уже собираюсь высказать всё, что на уме, но осекаюсь. Технически… Проклятье, как это объяснить?! Если скажу, что перед котом, то могу подставить Саймона. Вряд ли ему разрешается гостить в женском общежитии.
Оборотень поднимает указательный палец и заставляя свою, по всей видимости, бывшую замолчать.
— Альмира, не позорься, а? — цедит сквозь зубы он.
