Как только этому мужчине удавалось так просто располагать к себе? Вызывать доверие и отгонять от меня холод одиночества одним лишь прикосновением? Опять.
У меня не мелькнуло и мысли отобрать свою руку из его мягкой хватки. Он не засыпал меня вопросами и требованиями, лишь тихонько спросил, не хочу ли я вновь чаю, отказать чему я посчитала невежливым. Вопреки всем ожиданиям вновь, он даже не собирался поднимать тему вчерашнего заявления.
Время шло быстрее, чем хотелось бы. До самого последнего момента между нами так и не произошло того самого разговора.
Это было верным хитрым ходом. Вместо того, чтобы убеждать меня в истинности своих чувств, он дал мне самой понять, что между нами нездоровая связь.
Но чем больше я о ней думала, тем хуже мне было ночью, потому что ставшие вдруг невыносимо жаркими, страстными и слишком яркими сны начали утомлять уже и физически. К этому примешивался стыд за странные фантазии моей больной от горя головы и ломящее тело. Кажется, моему организму не нравилось то стремительное сближение, что происходило у меня с вампиром.
Постепенно я с ним согласилась. Пора было прекращать идти на грабли.
Часть восемнадцатая
Вампирская жизнь
— Мой ответ окончательный, лорд Эльдашс.
— Рин. И подумайте еще.
— Лорд Эльдащс, — я намеренно сделала упрямый яркий акцент на официальность, — я думала много.
— Рин, — он остался все так же спокоен. — Возможно, недостаточно много.
— Не навязывайте мне свое мнение, вы не имеете право.
— Я имею право на шанс.
— Лорд…
— Рин.
— У вас странное имя, мне не нравится! — не выдержала я этой бессмысленно бесконечной перепалки т раздраженно отступила на шаг назад, едва не споткнувшись о собственный багаж.
Нет, второго властолюбивого истинного я просто не пережила бы, а мне еще так хотелось пожить.
Главная пристань Валады отличалась от тех масштабов, что представлял собой торговый порт Валенсии. Место, откуда отбыло привезшее нас судно, не было предназначено для подобных мне пассажиров. Аристократы, отправляющиеся из Белой Империи в путешествия, садились на корабли с прекрасной набережной.
У меня же остались неприятные впечатления о тошнотворном запахе рыбы, криках, спешке и толкучке — а все потому, что я отправлялась, как-никак, в бега, и вместо должного, роскошного и со всеми удобствами, меня принял грузовой корабль. Ринталион, кстати, оказался со мной не случайно, в чем честно признался. Следил.
Почти пяти суток совместного плавания мне хватило, чтобы понять, что Ринталион не так прост, как казался.
