Или я сама бракованная?
— Как вы, Мариабелла? — Треск пламени нарушил осторожный вопрос. Я неволей посмотрела в черные глаза перед собой и подавила желание недоверчиво выгнуть бровь. Он не улыбался больше, посерьезнел и вообще выглядел так, словно больше всего на свете его и правда волновало мое самочувствие. Хотя в соотношении с «праздничной» атмосферой и радостном звучании слова «совершеннолетие» тон вопроса выбивался из общего настроя."
"Я рассматривала мужчину все дольше, замечая чуть сжатые губы, четко очерченные, и легкую хмурость резких линий бровей.
Он красив, по-звериному хищно привлекателен, если не распускает свою пугающую силу вокруг. Теперь, созрев полноценно как девушка, я могла это оценить, но… Я все так же ненавидела его.
Я отыскала больше информации еще тогда, два года назад, когда рана еще была свежа и новость разлетелась по журналам и газетам. Рин. Его звали Ринталион Эльдашс. Он был представителем Верады — небольшой по размерам страны с демократическим уклоном, подавляющее большинство жителей которой составляли вампиры.
Пресса уклончиво назвала его лордом-загадкой, на утро исчезнувшего из тщательно охраняемых покоев принявшего гостя особняка герцога. Оставив все вещи, миссию, что, полускрытая государственной тайной, была ему поручена, и младшую сестру, которую потом отправили одной домой.
«Вам понравилось целоваться, Мариабелла?»
И меньше всего мне хотелось отвечать сейчас на вопрос о том, как себя чувствую.
Как минимум потому, что не хочу отвечать неприятную правду, а ложь дракон чувствует и, мягко говоря, недолюбливает.
В моей голове, вообще, пронеслись десятки вариантов ответов, но кулон на шее ощутимо нагрелся, как не раз до этого, отрезвляя хозяйку и обрывая цепочку изящных ругательств. В нем, казалось, и правда было сознание, хотя артефакты с вживленным разумом возможны до сих пор лишь в сказках и мечтах ученых. Мой же рубин часто вел себя, словно живой. Поддерживал незримым теплом, когда я лила слезы ночью, пожирая себя чувством груза и тяжести, ощущением невидимых оков, ключ от которого сожрал дракон.
Прибавлял энергии в моменты, когда от переживаний хотелось взвыть, останавливал от эмоциональных порывов и, честно сказать, я как-то нездорово к нему привязалась.
— Я хорошо себя чувствую. Спасибо, — сухо ответила я, наконец взяв себя в руки. Что-то меня дернуло добавить еще ироничное: — Я в предвкушении.
