— А сейчас чем занимаешься? — поинтересовался я, указав на папку, лежащую на столе, которую он изучал до моего появления.
— Особая просьба рода Рубирим, — поморщился он, и на лицо жемчужного набежали тени.
— И в чём она заключается?
— Обеты, Рейнард. Но в великих родах всё неспокойно. Поэтому меня и тревожит твой внезапный отпуск.
— Как ты сказал, в великих родах неспокойно. Я хотел поговорить с тобой о деле Иогана.
— Оно закрыто, мы всё обсудили, — нахмурился он. — Что-то ещё всплыло?
— Нет. Точнее, я не уверен.
Демон, который помогал Иогану, использовал артефакт, скрывающий личину. Ты можешь временно его достать, чтобы я показал его специалисту?
К сожалению, сообщник погибшего ректора не смог поделиться информацией со следствием из-за активации обета молчания, но того, что удалось выяснить было достаточно, чтобы разобраться в запутанном деле.
— Единственный специалист, который имел дело с подобными артефактами иллюзии — Мишель эль Вериди. И она его видела.
— Да? Что она сказала? Это технология демонов, Родичей…
— Сапфировых драконов, — качнул головой жемчужный.
— И это не единственный подобный артефакт, который попал мне в руки за последнее время, — проговорил расплывчато, взглянув на папку с делом на столе.
Уж не намекает ли он на связь с тайной просьбой рода Рубирим? А ведь Мишель упоминала, что именно такой медальон был на похищенной сестре Бастиана, Веране. Значит, кто-то использовал технологию изготовления рода Сайрин. Любопытно. Возможно ли, что и на Малике есть нечто подобное?
— Рейнард, я был бы благодарен за информацию, — проговорил с намёком Дэкстер.
— У меня её нет, — искренне посетовал я. — Скажи, а ты никогда не работал по украденным или потерянным медальонами членов Совета?
— Возможно, — туманно отозвался он.
— Мне надо выяснить, кому принадлежал этот, — подняв руку с подлокотника, я создал проекцию медальона Малики.
Иллюзии давались мне не особо легко, потому удивляло, насколько искусными они могут быть, что способны скрывать даже истинный свет ауры.
Дэкстер резко выпрямился в кресле, присматриваясь к украшению.
— И после этого ты снова будешь говорить, что у тебя нет зацепок? — немного зло уточнил он, стремительно поднимаясь на ноги."
"Жемчужный прошёл к своему письменному столу, обошёл его и отпер замок верхнего выдвижного ящика. Ждать я не стал и направился к нему, и вскоре передо мной на столешницу легла копия подёрнутой пеленой времени картины. Двое мужчин и две женщины в длинных мантиях.
