— Не смей, — подняв руки, я вцепилась ладонями в её морду и заставила виверну прикрыть пасть. — Веди себя хорошо, Кайра.
Я думала, она будет теперь рычать и на меня, но малышка опустила голову и уныло заскулила, кажется, решив на этот раз послушаться.
— Так мне можно сесть на другую виверну? — осторожно уточнила я.
Смирение Кайры тут же испарилось, она вновь сильнее обхватила меня крыльями и разозлённо зашипела.
— Вот ведь…
Райдер скороговоркой произнёс какие-то слова на неизвестном мне мелодичном языке. Но по тону и экспрессии стало понятно, что это явно ругательства.
Красные глаза пылали от негодования, тонкие губы сжались в прямую линию.
— Уговори её, — сердито приказал он. — Если до вечера не сможешь сесть на виверну, завтра я не допущу тебя на испытание.
— Я постараюсь, — заверила его, с силой прикусив щеку изнутри от расстройства.
— Если не получится, ночь можешь провести в Башне, — немного смягчился он, вновь бросив разозлённый взгляд на Кайру.
— Спасибо, Райдер."
"Было так обидно, что глаза защипали слёзы.
Но плакать я, само собой, не собиралась. На самом деле, даже не помнила, когда в последний раз ревела. Наверное, совсем в детстве, когда думала, что сломала руку на полигоне. Даже не от боли, а от понимания, что пропущу занятия. К счастью, тогда обошлось вывихом. Уверена, и на этот раз всё сложится хорошо, нужно просто приложить максимум усилий.
Что ж, кажется, Райдер оказался прав в своей оценке, мы с Кайрой были очень похожи. Весь день упирались лбами. Я ругалась, спорила, уговаривали, даже пыталась задобрить эту ревнивую упрямицу.
Но она ни в какую не соглашалась разрешать мне садиться на другую виверну. Обед я провела здесь. Исма принесла мне бутерброды и пирожки. Приблизилось время ужину, к которому стабула начала освобождаться от народа. В течение дня я ухаживала за своей твердолобой подругой, с тоской наблюдая из окна, как другие взлетают в небо, а к концу дня была близка к отчаянию. По-настоящему злиться на Кайру не получалось. Всё же она животное, может, не всё понимает, считает, что я намерена предпочесть ей другу виверну.
— Я завтра утром зайду к тебе попрощаться, — уныло сообщила я, поглаживая чешуйки на макушке виверны.
Кайра лежала, положив голову мне на колени и блаженно жмурилась от удовольствия. Кажется, приём лекарств приносил результат, она больше не мучилась жаром.
— Ты обязательно слушайся Исму. Она хочет тебя выходить и отпустить на свободу. Никто не собирается держать тебя тут вечность.
