Затем он едва заметно мотнул головой, будто избавляясь от какой-то навязчивой мысли. Отвернулся, сухо произнеся:
— Хорошо, беги на испытание. Оно сейчас начнётся.
Как по щелчку, сорвалась с места. И так же резко затормозила, когда ректор меня окликнул:
— Эй, парень. Если поступишь к нам, постарайся больше не ввязываться в конфликты.
— Как скажете, вейн Аргалон, — отчиталась, на одном глубоком вдохе.
Сердце почему-то бешено затрепыхалось. Каким же все вдруг сложным показалось мне в эту минуту. Отвернувшись, приложила ладонь к груди, стремясь унять разбушевавшееся сердцебиение.
У меня впереди важное испытание, а меня уже разносит во все стороны от эмоций и внутреннего давления.
В спину прилетел колкий взгляд, ощутимый на физическом уровне.
Не удержалась. Обернулась. Эфрон и Лаос беседовали с деканом. Вернее тот их отчитывал и побледневший Лаос пылко объяснялся. Возможно оправдывался. А вот Добанеско спокойно стоял скрестив на груди руки и сверлил меня убийственным взором.
Понятно, он меня в покое не оставит и если я поступлю, прохода не даст.
— Тори Буч, сюда! — секретарь Вин проверял собравшихся по списку и завидев меня, сделал пометку.
Сильные молодые парни столпились у входа на тренировочный полигон, казавшийся по первым впечатлениям пустым.
Это что-то новое.
Пока парни гудели в предвкушении, я напряженно осматривалась.
Определенно так быть не должно. Обычно заранее готовили полосу с препятствиями, а тут…что-то не так.
На главной трибуне свои места заняла приемная комиссия во главе с ректором, чей взгляд ощутимо пробежался по всем присутствующим и задержался на мне, заставив вздрогнуть.
Остальное пространство вокруг полигона так же было заполнено адептами. Они разделялись по цветам своих факультетов. Светло-бежевые формы у стихийников. Зеленые у целителей. Фиолетовые — артефактура, кофейные — факультет бытовой магии. Синие — астрономия. Остальных не узнавала, слишком большой пласт информации пришлось изучать в кратчайшие сроки и в голове образовался сумбур.
Точно могла сказать, что черные — это боевики, а серые — менталисты, а может и иллюзорники. В общем, все равно путалась.
— Приветствуем вас, — произнёс Дорин вейн Рэйн и все затихли.
Голос декана каким-то образом усилился и словно звучал внутри сознания. Речь сдержанная, без торжественных акцентов. Довольно содержательная и лаконичная. В лучших традициях: «мы всем вам рады, но квоты ограничены, поэтому половина из вас все равно поедет домой».
