Онлайн-библиотека книг
- Ты что же, жалеешь меня?! МЕНЯ?!!!!! Ты себя давно в зеркало видела, дура набитая?! Достала уже своей жалостью, и супом своим тоже достала! - Голос Романа дрожал и срывался на крик от бешенства, а ошалевшая от неожиданности Светка уползла от разъяренного мужчины на самый конец лавки и хлопала оттуда глазами, полными слез.
- Луна, за что мне это?
Лисовец схватился за голову и натуральным образом зарычал, погружаясь в отчаяние и злость на себя, на судьбу и весь мир в придачу.
- Знаешь что! - Жайкина чудом нашла силы встать на ноги и теперь стояла, комкая в руках несчастную тряпку и давясь рыданиями от обиды.
Лисовец одним прыжком преодолел расстояние, разделяющее их, и угрожающе навис над взвизгнувшей от страха Светкой.
- Не смей разговаривать со мной в таком тоне!
Поднял руку, отчего Жайкина испуганно зажмурилась, но Роман лишь стёр синюю помаду с подрагивающих губ.
- Что ты... - договорить Светка не успела. Роман перебил её жёстким, почти болезненным поцелуем. Долго, до сбившегося дыхания и прозрачных мушек перед глазами, терзал опухшие губы и не обращал внимания на брыкающуюся и царапающуюся Светку. Отпустил, когда беззащитная жертва обмякла в его руках и перестала сопротивляться, признав поражение.
Девушка, заливаясь слезами, бессильно опустилась по стене и уткнулась лицом в колени.
- Я не понимаю, - прошептала, давясь рыданиями.
- Не поверишь, с радостью бы ушёл, если бы мог. Уж извини, но не о такой паре я мечтал."
"- Так катись! Скатертью дорога! Найди себе другую дуру для насмешек.
Светку накрыла истерика и совладать с нею не получалось. Эмоции душили и били её, не давая нормально дышать и кружа голову.
Роман с болью посмотрел на съежившуюся в углу фигуру и жалость кольнула сердце, отзываясь воем запертого в клетке внутреннего зверя.
- Не могу. Тебя выбрала моя вторая сущность.
Глава 9
Он ушёл.
Как в фильмах, громко хлопнув дверью и не оборачиваясь. От сильного удара дверь отскочила назад с характерным бряканьем, и теперь медленно раскачивалась на петлях в такт порывам ветра. Светка сидела на холодном полу, обнимала колени и бездумно смотрела в зияющий прямоугольник дверного проёма, наблюдая за стихией.
