Истинный маг (СИ)

Может, на кухне что-то осталось? Чарли осторожно прикрыл дверь и начал красться по коридору, чтобы никто не заметил, куда и зачем он направляется. На секунду замер и задумался о том, что делает. Стало невероятно противно, до тошноты мерзко, но потом он вспомнил о приближающейся ночи, о своем одиночестве и о «них». А «они» снова придут, обязательно, как всегда. Продолжил свой путь.

Чарли замер у двери, вовремя сообразив, что на кухне кто-то есть.

- Да, я думаю, что это единственный выход, - твердо сказала мать.

- Мама, Вы уверены, что они не причинят еще большего вреда? - засомневалась Тара.

- Конечно, уверена. Они помогут. Ты же видишь, в каком состоянии мальчик: только и делает, что пьет и кричит о поиске способа распечатывания канала. Как ты себе это представляешь? Боюсь, что он может наложить на себя руки в любой момент, - Чарли не расслышал сожаления в голосе.

- Вы правы, - Тара тяжело вздохнула, - когда?

- Чем скорее, тем лучше. Завтра утром я свяжусь с Сатари и обо всем договорюсь.

После этих слов у Чарли подогнулись колени, он ухватился за косяк, чтобы не упасть.

- Мне жаль его, но так дальше не может продолжаться.

- Для всех нас это будет самый лучший выход, - говорили сестры.

- Кроме того...

Но Чарли уже не слушал, он на цыпочках добрался к входной двери, выскользнул на улицу и побежал по дороге в сторону деревни. Мысли с бешеной скоростью крутились в голове. Так. В лучшем случае до завтра его не хватятся, возможно, у него есть несколько часов, чтобы найти выход.

Сатари-Сатари-Сатари! Чем чаще он повторял себе это слово, тем сильнее ускорялся. Что ему делать? Нужно срочно придумать, где можно спрятаться. Сами Сатари, разумеется, не станут тратить на него время, значит, мать хочет самостоятельно доставить Чарли к ним. Отдать, сдать с рук на руки. О боже. Чарли едва касался кедами земли, двигаясь с непривычной даже для него скоростью. Похмельного синдрома словно и вовсе не было. Да сколько можно? Почему она не оставит Чарли в покое? Не позволит ему тихонько спиться, утонуть в жалости к себе? Сатари.

Через двадцать минут он уже был в деревне, присел на корточки, тяжело дыша, стер пот с лица, дрожащей рукой достал телефон и пролистал справочник номеров, припоминая своих бывших знакомых. После третьего просмотра в голове осталось всего одно имя. Через минут тридцать он уже подъезжал к городу на попутке.