Солдаты со всего лагеря торопились к месту построения, расположенного на окраине военного поселения, среди них бежал и Чарли, пораженно озираясь по сторонам. Окружающий мир виделся словно в тумане, расплывался и обжигал сетчатку, когда взгляд Чарли случайно касался отражающих ослепительное солнце поверхностей. Чарли не должен был быть здесь, он не солдат, он не убийца и не воин, ему становилось дурно от вида крови, от вида разорванных тел. Он не обязан был в этом участвовать, его должны были забрать домой. Ну почему его не забрали домой?"
"Из состояния оцепенения вывел вражеский черт, намертво вцепившийся в лодыжку.
От боли и неожиданности Чарли дернулся, огрел беса ударом мощностью всей магической силы, которую смог резко вытянуть из себя, отчего врага разорвало на мельчайшие частицы, и побежал прочь от развернувшейся бойни. Он бежал и бежал, пока не перестал слышать грохот и крики, пока взрывы не остались далеко позади. Где-то на полпути сорвал с головы гарнитуру, бросил на землю и раздавил ботинком, на полуслове прерывая приказ своего командира.
Спрятался в расщелине между огромными валунами и просидел там до темноты, пока его не нашли соратники.
Далее следовали пятнадцать ударов плетью и два дня в карцере под землей. И, конечно, первое предупреждение. Чарли отчетливо помнил из инструктажа, который ему бегло зачитали в день прибытия на войну, что для ничем не отличившихся новичков, не успевших доказать свою полезность, третьих предупреждений не существует, после второго сразу идет смерть. Чарли плохо помнил пребывание в карцере, на самом деле, после шестого удара он вообще ничего не помнил, только дикую, нестерпимую боль и ужас.
Кажется, он прокусил деревянную палочку, которую сжимал в зубах, в любом случае, десны еще несколько дней кровоточили после столь сильного напряжения. Проснулся от жажды, в темноте нащупал кружку с водой и начал жадно пить, обливаясь, давясь и кашляя. Утолив первую потребность, наконец, огляделся - темно, холодно, сыро. Потолок настолько низкий, что Чарли не мог даже встать на колени и выпрямить спину.
А еще он чувствовал ломоту во всем теле. Спина кровоточила и страшно чесалась. Чарли отчаянно шептал обезболивающие, обеззараживающие и заживляющие заклинания, но затуманенные мозги категорически отказывались работать. Маг кричал, звал на помощь, царапал стены, но никто не откликался; обессилев, он упал на землю и провалился в забытье. Принесший утром воды черт объяснил, что Чарли в карцере, и сидеть ему здесь еще сутки.
