Истоки

Отец улыбнулся мне своей редкой улыбкой, с приподнятыми уголками его губ, если хорошо его не знать, то можно было подумать, что он глумился.

— Я разговаривал с ее отцом, кажется это идеальный союз. Она всегда любила тебя, Стефан.

— Я не знаю, подходим ли мы друг другу, — пробормотал я, чувствуя давление прохладных стен. Конечно же, Отец и мистер Картрайт разговаривали. Мистеру Картрайту принадлежит городской банк; если бы у отца был союз с ним, то тогда было бы легко расширить наши владения.

И если они разговаривали, то это логичный план сделать меня и Розалин мужем и женой.

— Конечно же, ты не знаешь, — захохотал отец, похлопав меня по спине. Он был в замечательном настроении. А вот мое настроение понижалось все ниже и ниже с каждым словом. Я закрыл глаза, надеясь, что все это лишь плохой сон.

— Ни один парень твоего возраста не знает, что ему нравится. Именно поэтому ты должен поверить мне. Я организую обед на следующей неделе в честь одного из вас.

А ты тем временем навести ее. Узнай ее получше. Восхищайся ей. Пусть она влюбиться в тебя, — закончил отец, сжимая в моей руке маленькую коробочку.

Что со мной? Что если я не хочу, чтоб она влюбилась в меня? Хотел сказать я. Но не сказал. Вместо этого, я запихал коробочку в свой задний карман, даже не разглядев ее, я повернулся к Мезанотте, почистил ее, она фыркнула и шагнула назад в негодовании.

— Я рад, что мы поговорил об этом, сын, — сказал отец. Я ждал, чтобы он понял, что это абсурд просить меня жениться на девушке, с которой я не разговаривал столько лет.

— Отец? — сказал я, надеясь, что он что-нибудь скажет, чтобы освободить мою судьбу выбранную им.

— Я думаю, октябрь будет прекрасным месяцем для свадьбы, — вместо этого сказал мой отец, хлопнув за собой дверью.

Я, расстроившись, стиснул зубы. Я вспомнил наше детство, когда меня и Розалин заставили сидеть вместе на субботнем барбекю и в церкви. Но принудительная национализация просто не сработала, и как только мы достаточно повзрослели, чтобы самим выбирать себе приятелей, наши пути разошлись.

Наши отношения должны были быть, такими как когда нам было по 10 лет — мы игнорировали друг друга, но послушно делали наших родителей счастливыми, теперь же, я мрачно понял, мы будем связаны навсегда.

Глава 2"

"Следующим вечером, я сидел на жестком, низко-поддерживаемом, вельветовом стуле в гостиной Картрайтов.