Истоки

В ясном солнечном свете зубы Кэтрин выглядели жемчужно белыми и совсем крохотными, и в них не было ничего от миниатюрных кинжалов, которые я видел этой ночью.

— Это я.

— Я все еще Кэтрин, — сказала она с улыбкой.

Я заставил себя отстраниться.

Я хотел верить, что все осталось прежним, но…

— Ты думаешь о Розалин, верно? — спросила она.

Она заметила встревоженное выражение моего лица и покачала головой.

— Естественно, ты подумал, что я могла это сделать, на основе того, кто я есть, но я обещаю тебе, я ее не убивала.

И я никогда бы так не поступила.

— Но… но… — начал я.

Кэтрин приложила палец к моим губам.

— Тшш. Я была с тобой той ночью. Помнишь?

Я забочусь о тебе и о тех, кто тебе дорог.

И я не знаю как умерла Розали, но кто бы это не сделал"" — вспышка гнева помелькнула в ее глазах, которые, как я впервые заметил, были испещрены золотыми крапинами — ""Они принесли нам плохую репутацию.

Они единственные, кто пугает меня.

Ты возможно боишься ходить во время ночи, а я боюсь не ходить при свете дня, чтобы меня не приняли за одного из тех монстров.

— Я могу быть вампиром, но у меня есть сердце.

— Пожалуйста, верь мне, милый Стефан.

Я отступил на шаг и схватился за голову.

Мои мысли клубились.

Солнце только начинало восходить и невозможно было предсказать, скроется ли туман под ярким солнцем или будет пасмурно.

То же самое было с Кэтрин.

Её прекрасная внешность скрывала её настоящую сущность, так что невозможно было установить, является ли она добром или злом.

Я тяжело опустился на кровать, не желая уходить и не желая оставаться.

""Ты должен верить мне,"" сказала Кэтрин, сидя рядом со мной. ее руки лежали на моей груди так, что она могла чувствовать как бьется мое сердце.

— Я Кэтрин Пирс.

— Ни больше, ни меньше.

Я — девушка, за которой ты наблюдал часами напролёт с тех пор, как я появилась здесь две недели назад."

"Мое признание ничего не значит.

Это не меняет твоих и моих чувств, кем мы можем быть,"" сказала она, перемещая свои руки к моему подбородку.

— Правильно? — спросила она, её голос был полон настойчивости.

Я взглянул на широко распахнутые карие глаза Кэтрин и понял, что она была права.

Она должна была быть права.

Мое сердце все еще невероятно желало быть с ней, и я хотел сделать все, чтобы защить ее.

Потому что не была вампиром, она была Кэтрин.

Я взял обе её руки и чашечкой сложил их в своих собственных.

Они выглядели такими маленькими и уязвимыми.