История одного мира: Введение

Навевает воспоминания…

– Что там у вас? – проворчал старейшина, не оборачиваясь к нам.

Только сейчас я заметил, что он был чем-то увлечённо занят.

–Спешу доложить: в лесу были найдены два неизвестных, без памяти. По приказу охотника Вурта, они были доставлены к Вам. – деловито произнёс парень.

Старик прокряхтел и развернулся к нам. Он держал курительную трубку, забивая её табаком.

– Юрт, достал ты меня уже. Надо было и тебя со всеми отправить.

– Был бы только рад. – улыбнулся парень.

– Да знаю я… Чего стоите, садитесь.

Юрт отдал честь и выбежал из комнаты. Старик ещё минуту занимался трубкой, потом поджёг её и, сделав глубокий вдох, спросил:

– Ну, и откуда вас принесло?

– Как и сказал парнишка, мы очнулись в лесу, не помним ничего, ни книг заклинаний, ни контрактов при нас не было. Благо, охотник ваш Вурт нашёл нас и в деревню привёл. – объяснил ситуацию я.

Старейшина выдохнул дым и проговорил:

– Сегодня вам контракты составлю.

Я уже было обрадовался от того, что он не стал нас допрашивать, как прозвучала следующая фраза:

– Конечно, не за бесплатно. Пока зима идет, побудете в деревне, нам сейчас каждая пара рук на вес золота… Чёртова война…

Я не планировал оставаться тут дольше, чем на неделю.

– Война? – удивлённо произнёс я вслух.

– Вы ж беспамятные… – проворчал старик. – Король наш решил на Юг напасть.

– С чего бы? Между Югом и Севером распри, конечно, возникают, но чтобы война? – опять удивился я.

– Да кто их знает? Всех мужчин и женщин, умеющих сражаться, забрали, вот и остались у нас одни старики да дети. – запричитал старейшина.

Я молча кивнул в знак негодования, хотя не понимал ничего. За время моего первого пребывания здесь, Север и Юг обменивались только взаимными оскорблениями. Даже малейших военных действий не предвиделось.

– Так, приступим к заполнению бумаг. – сказал старейшина, отложив трубку. – Как звать вас?

– Юлий.

– Вижу, как бумаги на посвящение заполняются, ты помнишь. – не отрывая глаз от документа, протянул он.

Чёрт… Надеюсь, он не заподозрит ничего. С другой стороны, нам и предъявить-то нечего.

– Теперь – второй. – сказал старейшина, взяв новый лист.

– Марис… Двадцать пять лет… – замялся мой напарник.

– Человек. Ни в группе, ни в гильдии не состоит. – дополнил я за него.