История пишется победителями

Блокирование мы проделали бы и с австрийцами на Адриатике, установить там барраж еще проще, и с турками, загнав их корабли в Босфор — и пусть они вредят русским на Черном море как хотят. И все — сидели бы тихо в закрытых будках на цепи и не гавкали бы!

— Вы абсолютно правы, сэр, так я и предполагал ход войны, — Уинстон Черчилль пыхнул сигарой, пытаясь сохранить невозмутимость, хотя сделать было неимоверно трудно. Общественное мнение в стране словно взбесилось, в разгромном поражении в Ютландском сражении обвинили Адмиралтейство, и в чем-то критики были правы.

Всю войну имелась особая «40-я комната», где дешифровывали перехваченные германские радиограммы, не все, конечно, но где-то с половину. И последние «расшифровки» дали возможность навязать германскому флоту генеральное сражение, жаль, что ни Джелико, ни Битти не воспользовались этой возможностью. Как и другие адмиралы прежде — Милн, Стерди, Мур и прочие. Кайзерлихмарине воевал совсем не так, как от него ожидали — дерзко и с выдумкой, агрессивно, и захватом угольных станций установил свое господство в западной части Индийского океана. Широчайшее применение подводных лодок и минных постановок несколько парализовало ответные действия Королевского Флота, а то, что с первых часов война пойдет в восточном Средиземноморье, вдоль всего южного побережья Африки было совершенно неожиданно. Ведь немцы задействовали с первых же дней свои броненосцы и крейсера, не считаясь с потерями, нанесли невосполнимый ущерб британскому судоходству на протяженных коммуникация. Захват Суэцкого канала стал чуть ли не смертельным ударом — стоимость перевозок через всю Атлантику с юга на север возросла втрое, а время перехода увеличилось вдвое.

— Немцы целенаправленно готовились к войне четыре года, начиная с весны десятого, — почти спокойно произнес адмирал Фишер, медленно раскуривая сигару, что было для него необычно.

— Именно так и есть, сэр, но, к сожалению, я тогда легкомысленно посчитал, что они никуда не денутся, ведь займы нужно отрабатывать.

Но русский самодержец и его сановники проявили дьявольское коварство. Впрочем, еще Бонапарт отмечал, что они настоящие византийцы по своей природе. К тому не стоит преуменьшать немецкое влияние.

— Мы давние враги, а русские не забыли Крымскую войну, и ту нашу помощь, что мы оказывали японцам во время их войны.