История пишется победителями

Так что поводов к их взаимной вражде предостаточно.

— Не думаю — итальянцы будут выжидать, и торговаться до последнего. После полученного урока они станут действовать куда осторожнее. Но то, что французы снимут из Савойи свои войска без опасения, и отправят их в Бельгию, это, несомненно, произойдет…

— Главное, не дать им перебросить африканский корпус. Или, по меньшей мере, затруднить перевозку войск от Алжира до Тулона на транспортах. Надеюсь, вице-адмирал Сушон будет действовать активно — я получил его телеграмму о почти полной готовности флотов.

Турки тоже ведут приготовления, будем действовать совместно.

Принц Генрих вытащил сигарету из портсигара, закурил — последнюю неделю он почти не спал, хотя Адмирал-штаб работал как хорошо отлаженный механизм, почти также как в штабе у генерала Мольтке-младшего, где только ожидали повеления императора, чтобы начать вскрывать давно заготовленные пакеты. И начнется мобилизация армии, после чего пути назад не будет, только война, кошмарная и непредсказуемая.

И вроде бы все предусмотрено, сделаны выводы из ошибок, имеются знания «сокровенного», но при одной мысли, что где-то допущен просчет, который окажет пагубное воздействие, на Генриха накатывал приступ тошноты. Становилось страшно, он то прекрасно знал, какая тогда участь будет уготована Германии. И поглядывая сейчас на брата, отчетливо понимал, что и тот пребывает сейчас в точно таком же состоянии, лишившись всякого привычного для него позерства — слишком высокие были сделаны ставки.

— Надеюсь, что Ники в эту войну не влезет, по большому счету России она не нужна, — тихо произнес Вильгельм, нервно сцепив пальцы. — Царь будет в куда большем выигрыше, если останется нейтральным — не хватало нам русской революции. Пока идут реформы, видно успокоение его народа, а это внушает оптимизм. Одно плохо — Ники могут убить, и тогда непонятно кто взойдет на престол. Может быть, один из тех великих князей, да тот же Николай Николаевич, что с потрохами куплен англичанами и французами.

У них масса сторонников в Петербурге…

— Нужно не дать им этого сделать, если будем действовать решительно. Нужно взять Париж в течение двух месяцев, согласно пересмотренным срокам, и тогда убивать царя заговорщикам не будет смысла. Потому что мы уже поставим Францию перед выбором — или капитуляция с последующей потерей всех колоний и тотальным ограблением, памятуя о том, что нам устроили, либо присоединение к нашему альянсу.