История пишется победителями

Великолепную гаубицу Круппа приняли на вооружение в прошлом году, но нет — уже разговоры пошли, что нужно на образец Шнейдера заменить, что на четверть дороже, хуже по изготовлению. Там, Генрих, французскими займами по рукам и ногам связанные «золотыми узлами» накрепко. Сержа в Москве убили, Вольдемара отравили — у нас нет близь трона сторонников, всех удаляют из правительства. И это при том, что в войну с японцами только мы помогали русским в борьбе с взбесившимися макаками. Я ведь в Бьерке не зря плавал в пятом году, после долгой беседы уговорил Ники подписать соглашение, но его министры предпочли заключить позорный мир, отрабатывая все те деньги, что им щедро выдали французы, купив с потрохами, как дешевых мидиеток в низкопробном кафешантане.

Принц только пожал плечами, молчаливо соглашаясь с гневной риторикой разъяренного старшего брата. В последнюю неделю Вильгельма буквально трясло — кайзер перечитал литературу о ходе войны, что станет мировой, и первый день находился в прострации, забыв про еду и сон.

А теперь не было и часа, чтобы в приватном разговоре Вилли не поносил самыми «крепкими словами» англичан и французов, также непечатно высказываясь и в адрес американцев. И что самое неприятное, так то, что наступило горькое осознание, что войны за «справедливый передел мира» теперь никак не избежать — быстро растущая промышленность Германии начала «задыхаться», как лишенный воздуха человек, от крайнего недостатка рынков для сбыта уже произведенных товаров. Англия и Франция не давали возможности торговать в Африке и Азии, на всю южную Америки распространялась «доктрина Монро» — в Вашингтоне этот континент рассматривали как «задний двор». Связываться с Северо-Американскими Соединенными Штатами было себе дороже — по развитию промышленности эта страна уже достигла «двух державного стандарта», имея такие же показатели как совокупное производство Германской и Британской империй вместе взятых.

И что страшнее всего — Россия под давлением англо-французских кругов стала потихоньку закрывать для рейха свой рынок. И это было прямым следствием кошмарного для нее поражения в русско-японской войне, и сотрясавшей страну на протяжении долгих трех лет революции, с ее стачками и забастовками, крестьянскими бунтами и вооруженными восстаниями на немногих уцелевших кораблях под Андреевским флагом.