История злодейки

Улыбка дрогнула и на моих губах, но сошла, когда дверь в подъезд открылась еще раз, выпуская высокого, статного мужчину с младенцем на руках, которого он трепетно прижимал к себе. И этот мужчина подошел к сестре, которая приняла малыша и заботливо уложила того в люльку. Таня ласково улыбнулась младенцу, а после прижалась к мужчине, что нежно поцеловал ее в губы, обнял и затем помахал на прощание рукой. Сестра ответила взаимностью и неспешно отправилась с коляской по тротуару, когда мужчина подошел к припаркованному новому и дорогому внедорожнику, отключая сигнализацию.

Я же с рассеянной улыбкой смотрела на тихое семейное счастье двух самых дорогих мне людей: сестры и… бывшего жениха, которого, казалось, так любила.

Не было ни грусти, ни злости, ни ревности. Только спокойствие, ведь дорогие мне люди в безопасности и счастливы.

Я могла бы подойти к ним. И они бы приняли. Но принесло бы это счастье хоть кому-либо? Возможно облегчение от того, что я все же жива… Но что будет потом? Становиться помехой я не хотела.

Откровенно говоря, вернувшись в этот двор и сидя на лавочке, я все больше понимала, что не решусь показаться сестре на глаза. Я не вернусь в ее жизнь, где все спокойно и хорошо. Тем более, теперь, когда убедилась, что с ней все в порядке.

Я радостно улыбалась сквозь слезы, наблюдая, как Кирилл открывает дверь в свой автомобиль… но не садится. Внезапно он нахмурился и поднял взгляд, заставив меня вздрогнуть, ведь в этот момент он посмотрел прямо на меня.

В его взгляде появилось узнавание и шок… а после мимо нас проехала машина, чем я воспользовалась и быстро зашла за широкий ствол дерева.

Украдкой выглянула, заметив, как мужчина пораженно трясет головой, с неуверенностью оглядывается… но в конечном итоге покачал головой, быстро сел на водительское место и выехал со двора.

Лишь после этого я вышла из-за дерева, в последний раз посмотрела на окна квартиры, в которой выросла… и пошла со двора.

И вот я вновь брела по улицам, бесцельно слоняясь по городу, пока не ощутила, что ноги стали гудеть и потребовали отдыха.

Забрела в сквер и села на лавочку, лениво рассматривая прохожих. Переутомление сказалось, и я вновь ощутила озноб, несмотря на жаркое солнце. Зябко поежилась и запустила руки в карманы халата, услышав характерный шелест.

Нахмурилась и нащупала под пальцами клочок бумаги, которого прежде не обнаружила, хотя, казалось, проверила их еще в больнице.

Развернула небольшую бумажку и увидела единственное слово.