История злодейки

Я — не он, — зарычал он… и оскалил КЛЫКИ!!! Настоящие, мать вашу, клыки! Каждый его зуб в ужасающей улыбке был видоизменен и заострен на концах, навивая ассоциации с акулой, а после меж губ показался язык, больше подходящий змее, настолько длинным он был и — боже — черным!

— Что ты такое? — вырвалось из меня пораженное с судорожным выдохом, пока я расширенными от ужаса глазами наблюдала, как меняется его зрачок, вытягиваясь в тонкую щель, серо-зеленые глаза бледнеют до белого состояния, что сильно контрастировало с чернотой, которая расползлась по белку.

— Недавно ты назвала меня «тварью»… — словно задумавшись, со склоненной к плечу головой прорычала… тварь, гипнотизируя меня страшным взглядом. Я, кажется, впервые по-настоящему и в полной мере ощутила себя кроликом перед удавом. И это страшно. — Большего тебе знать не обязательно.

Я всхлипнула и зажмурилась от страха, когда он вновь нагнулся, по-звериному провел носом по моей коже, с шумом втягивая воздух.

— Ты даже не представляешь, как была близка к смерти… — с намеком на сожаление вздохнул он уже нормальным голосом, и когда поднял голову, на меня смотрел уже привычный маг.

 — Не делай так больше, если не хочешь последствий, — строго добавил он, а после резко скатился в сторону, падая на свою подушку. — Если ты на сегодня закончила, предлагаю заткнуться и поспать. Завтра у тебя будет сложенный день. Впрочем, как и всегда, — хохотнул Ян и отвернулся, словно ничего и не произошло.

А я… я еще долго боялась пошевелиться, смотря в балдахин глазами полными слез, постепенно понимая, с кем играла и чего едва смогла избежать.

От этих мыслей выть хотелось, забиться в угол и больше оттуда не показываться, зная, какие монстры проживают поблизости. В моем случае — так и вовсе ночуют в одной со мной постели.

Хотела бы я успокаиваться тем, что могу теперь с превосходством смотреть на всех, кто боится монстра под кроватью. Мой вообще обнаглел, забрался под мое одеяло и настоятельно просит его не трогать. Хотела бы… но не могу.

Я же теперь даже дышать в сторону мага, или кто он там, боюсь.

И отчего-то так горько стало, ведь, как бы глупо это ни звучало, как бы я ни ненавидела Демьяна, и какая бы печальная предыстория нас ни объединяла… он — тот единственный в этом мире, кто был ближе всего под определение «друг» для меня. И сейчас было очень больно. Не было больно прежде, хотя я не сомневалась, что он безоговорочно выполнит приказ на мое убийство, если потребуется.