История злодейки

Он молчал и продолжал ухаживать, порой насильно заставляя есть и пить, когда я объявляла забастовки и желала просто медленно умереть, чем жить именно так, как от меня требовали и к чему принуждали.

Я отлично помню мою последнюю попытку побега, ее последствия — еще более жестокие, чем прежде. Я помню, как несколько дней после медленно умирала от невыносимой боли и тихо плакала в своей темной комнате-карцере, где меня держали почти полгода. Но самое сильное воспоминание было о том, как маг заговорил со мной сразу после ухода Себастьяна и его угроз.

Он ушел, оставив меня с моими мыслями, которые не давали уснуть до самого прихода Демьяна. Из своей камеры я, хромая выходила с твердой уверенностью в том, что заставлю всех поплатиться. За себя, за моих любимых и жизнь, которую у меня едва не отняли. От которой меня почти заставили отказаться.

И я стала лучшей, прилежной и старательной ученицей. Все для того, чтобы сейчас оказаться там, где я есть. Для того, чтобы получить желаемый шанс на возмездие.

Но, пока я лишь на пути к нему. А потому приходилось продолжать быть прилежной и покорной.

— Вы ошиблись, господин, — спокойно, с намеком на страх, произнесла я тихо, в очередной раз лишь с брезгливостью подумав, что этот ублюдок настолько тщеславен, что требует к себе обращаться только так. — Я не хотела сбегать.

— Тогда, как расценивать твой побег от короля?

— Я… — начала я, размышляя, что еще мог поведать Демьян начальству. Почему-то зрела уверенность, что немного.

Подтвердить свои мысли я не могла никак, ведь маг даже не смотрел в мою сторону, словно он вообще в комнате находится один. Но я решила рискнуть. — Я решила перестраховаться.

— Что ты имеешь в виду? — тут же напрягся аристократ.

— Я просила у вас в день свадьбы два месяца. По моим расчетам, этого времени мне должно было хватить, чтобы завоевать доверие короля. Но вы сократили срок вдвое. Плюсом — влияние леди де Вильтон сильно сказывается. Я решила, что не плохо бы заинтересовать короля не только, как друг… но, возможно, влюбить его в себя.

Без постели, — быстро добавила я, заметив, как блеснули глаза этого ублюдка. — Я разожгу его охотничий азарт, заставив увидеть во мне еще и женщину.

— Судя по тому, что я вижу в его поведении, когда вы вместе — он и так прекрасно осведомлен, что ты — женщина, — язвительно произнес Себастьян, пока я старалась держать самообладание и не скрипеть зубами, от его гнусных улыбок.